Рыцари Пречистой Девы полностью

— Император выражает глубокую и искреннюю благодарность своим дорогим гостям, — затараторил ошарашенный церемониймейстер. — Император говорит, что для него было великой честью встретиться с Четвертым Посланником Пречистой Девы. Император немедленно исполнит свое обещание и передаст святому и'Креолу часть Священного Ключа. Император выражает надежду, что его дорогие гости окажут ему честь и останутся погостить в Хур-Аани. Император просит дорогих гостей принять некоторые скромные подарки. Император говорит, что он сам и вся Империя Ста Тысяч вечно пребудут в долгу перед его дорогими гостями.

— Однако емкое слово… — пробормотал слегка ошарашенный Креол. — Часть Священного Ключа позвольте получить… да, спасибо. За подарки тоже благодарю, а вот остаться погостить никак не можем. Очень спешим, очень мало времени. Святой Креол везде нарасхват, везде надо успеть…

— Император с пониманием относится к этому и хочет заверить, что его дорогих гостей всегда будут рады видеть в Хур-Аани. Император просит прощения за то, что он вначале усомнился в святости святого и'Креола. Также император просит прощения у иТвэйдеона за пренебрежительное прежде отношение к Ордену…

Церемониймейстер еще очень долго передавал мысли своего повелителя. Сам император больше ничего не говорил — только стоял с высоко поднятой головой и изображал из себя восковую статую.

— Ну наконец-то… — облегченно вздохнула Ванесса, очутившись на борту коцебу. — Как они живут с такими дурацкими порядками?

— Не знаю, — пожал плечами Креол, показывая дворцовым лакеям, куда складывать императорские подарки.

Обктамерон пришлось выключить, и теперь снаружи толпилась уйма народа. Обступив со всех сторон особняк, люди удивленно цокали языками. Но подняться по трапу и взойти на бронзовый диск никто из них не осмеливался.

Когда летающий дом поднялся в воздух, Ванесса посмотрела в бинокль на окна тронного зала. Ей почудилось, что за одним из них стоит император и машет рукой, но она могла и ошибиться… В конце концов, такое поведение было бы вопиющим нарушением всех этикетов…

— Теперь на запад, сэр? — поинтересовался Хуберт. — К деревне Пуал?

— Точно, — кивнул маг. — Раб, за мной! У нас еще зеркало не доделано!

Лод Гвэйдеон отправился кормить Гордого — Хуберт заботился о коне так же, как и обо всех остальных жильцах дома Катценъяммера, но паладин предпочитал лично убедиться в том, что с его рысаком всё в порядке. А Ванесса, приняв душ, как планировала, задумалась, чем бы ей заняться. Можно было посмотреть видео, или потренироваться в магии, или… ее взор упал на груду коробок и коробочек из тростниковой бумаги, подаренных благодарным императором, и проблема выбора отпала сама собой.

Совершенно непонятно, как Лоолендль Девятый умудрился в столь краткие сроки приготовить такую кучу подарков. Оставалось предположить, что где-то во дворце у него есть комната, заваленная сувенирами — специально для таких случаев. В Империи Ста Тысяч не существовало ничего даже отдаленно похожего на официальные награды — ордена, медали… Отличившихся подданных император всегда награждал «памятными подарками».

— Какая прелесть… — буквально захлебнулась от восторга Вон, вытаскивая из плоской коробки небесно-голубое бальное платье из самого лучшего шелка, густо усыпанное мелким жемчугом.

— А мне?! — вылетел прямо из пола Хубаксис. — Мне, мне, мне?!

— Хуби, а ты откуда? Креол тебя разве отпустил?

— А я ему пока не нужен, — отмахнулся джинн. — Вон, я тоже хочу чего-нибудь… этакого! Ой, гашиш!

Хубаксис проскользнул сквозь бумагу, разорвал одну из упаковок изнутри и вынырнул с перламутровой шкатулкой, заполненной каким-то сыпучим порошком. Судя по запаху — не гашиш, но действительно какой-то наркотик.

— А где мое стеклышко?! — капризно воскликнул Хубаксис. Как известно, на джиннов практически не действует большинство наркотических веществ. Однако хитрозадые подданные Великого Хана нашли-таки способ портить себе здоровье. Когда джинн смотрит в глубь особым образом обработанного кристалла горного хрусталя, его мозги так уплывают, что он может забалдеть даже от дешевой махорки.

А если джинн, имеющий такое стеклышко, разживается героином или чем потяжелее, он надолго впадает в нирвану… Причем безо всякого привыкания! Поневоле позавидуешь…

— А ну-ка дай сюда! — отняла у него шкатулочку Ванесса и без лишних слов швырнула ее в камин. Оттуда поднялось сизое облако сладко пахнущего дыма.

— Ты что, сдурела?!! — в ужасе заорал Хубаксис, буквально прыгая вслед за утерянным счастьем. Он нырнул в огонь и заметался между языками пламени, пытаясь собрать пепел и одновременно с силой втягивая в себя наркотический дым. — Вон, ты… ты… ты сквалыга! Сама не нюхаешь и другим не даешь!

— И не дам! — пообещала Ванесса.

— Ну и ладно!.. — джинн обиженно высунул язык. — Подумаешь, не очень-то и хотелось! Вот правду говорят — все брюнетки стервы!

— Это где ты такое услышал?! — оскорбилась до глубины души девушка.

— В телевизоре! А что, неправда, неправда, да? Зачем мой гашиш сожгла?! Ну тебя, лучше в сад слетаю…