Перед входом в зал, где должна была состояться дискуссия, Вальтер увидел большое объявление: «Куда идет Федеративная республика? В дискуссии участвуют: сотрудник газеты «Ди Глокке» Вальтер Биркнер и штудиенрат Карл Реннтир».
Они вошли. Аудитория «Максимум» была расположена полукругом — в виде амфитеатра. Внизу были составлены торцами два стола, за которыми уже сидели двое. Вальтер с интересом оглядел лысеющего господина лет тридцати пяти с настороженными глазами. «Я думал, однако, что Реннтир старше». Навстречу ему поднялся высокий худой блондин.
— Леопольд фон Гравенау, председатель РЦДС. Разрешите представить вам нашего второго гостя — господина Пауля Миндермана. Досадная неприятность: господина Реннтира до сих пор нет. Но мы не можем отменять дискуссию, все уже собрались.
— Видите ли, господин Биркнер, — включился в разговор Миндерман, — я должен был после дискуссии ехать вместе с господином Реннтиром в редакцию нашего журнала, но, поскольку его до сих пор нет, я рискну, если вы не возражаете, изложить его взгляды и подискутировать с вами.
Все это было неожиданно и существенно меняло обстановку. Вальтер почувствовал, как в нем накипает раздражение. Он готовился к схватке со своим главным противником, а здесь какой-то непонятный оппонент, для него неизвестный и, уж во всяком случае, менее значительный 16. Но выбора у него практически не было. Отказаться в этих условиях — значило сдаться без боя. И он принял новый вызов.
Собравшиеся приняли сообщение об отсутствии Реннтира по-разному. Справа от Вальтера, там, где находились левые скамьи, раздались возгласы «пфуй!» и выкрики неодобрения. На правых скамьях многие встретили это известие довольно хладнокровно. «Что же, им все равно, с кем встречаться? — удивленно подумал Вальтер. — Не может быть. Тогда бы их здесь не было. Неужели они уже знали об этом? Но ведь Миндерман сказал, что для него опоздание Реннтира — полная неожиданность…»
— И поэтому мы просим господина Биркнера начать, — донесся до него голос Фольриттера.
Биркнер поднялся и подошел к небольшой кафедре, стоявшей справа.
— Прежде всего я хотел бы поблагодарить за приглашение выступить перед вами.
Вальтер почувствовал, как притихший зал внимательно вглядывался в его лицо. Он знал, что каждый из сидевших перед ним студентов хотел уже сейчас, не дожидаясь, пока он выскажет свое кредо, найти в его лице и облике черты, которые бы подтвердили уже сложившееся мнение о нем. Тем, кто пришел сюда, была известна история о нем, именно история, но не его взгляды. И сегодня он должен добиться от них не просто расположения к себе, замешанного на любопытстве, но завоевать среди них единомышленников и сторонников. Иначе не стоило сюда ехать. Он не просто популяризатор своих взглядов. Он нуждается в союзниках, без которых его неминуемо растопчет угрюмая масса филистеров, подстрекаемая разозленными великогерманцами.
— Не думаю, что среди вас найдется хоть один, кого бы не тревожил этот вопрос. Куда же идет Федеративная республика? Мы все ищем ответа на этот вопрос, от которого зависит наше будущее. Но мы гораздо реже думаем о том, что ответ на этот вопрос в конечном счете зависит от позиции каждого из нас. Многие сознательно избегают этой мысли, потому что им не хочется чувствовать своей причастности к определению судьбы своего государства, потому что им претит сама мысль об ответственности. Это и есть самое страшное — оставить свое будущее на произвол властей, которые даны нам свыше.
— Может быть, даже от бога? — ехидно вставил Миндерман.
В зале засмеялись. Правилами дискуссии разрешались только реплики со стороны оппонента.
— Вы совершенно правы, господин Миндерман, — серьезно ответил Биркнер, как будто не понял подковырки. — Депутат баварского ландтага от Свободных демократов доктор Хильдегард Хамм-Брюхер, которая занималась проверкой школьных хрестоматий, приводила такие выдержки из них: «Мы должны слушаться начальства, так как его власть исходит от бога», «Всякая государственная власть основана на воле божьей. Авторитет и послушание поэтому… от божьей милости». Это к вопросу о боге и воспитании молодых граждан Федеративной республики. Главная цель здесь, видимо, заполучить верноподданных, покорных ослов, которые всегда будут идти впереди 17 по протоптанным тропам войны.
На правых скамьях раздались протестующие выкрики.
