Он смотрел на меня таким взглядом, что у меня поневоле сердце затрепетало, пусть я и не верила во всю ту чушь, что он говорил.
– Довольно невежливо обзывать колючкой сразу после поцелуя. Так и хочется проверить, не выросла ли у меня щетина, – съехидничала я, стараясь не поддаваться его чарам.
– Давай проверим, – усмехнулся Кристоф и, оставив в покое мою руку, притянул за подбородок к себе, став осыпать поцелуями лицо.
– Ммм… – так и растаять можно. Когда он добрался до моих губ, я уже с большим энтузиазмом ответила на его поцелуй.
Голова немного кружилась от выпитого шампанского и ласки опытного мужчины были приятны. У меня платье на тонких бретельках и его горячие ладони на плечах разносили по телу толпу мурашек. Я игриво прикусила Кристофа за губу, потянув, пока он не открыл глаза и не посмотрел на меня.
– За колючку! – ответила на его взгляд. Наклонившись, прикусила уже более ощутимо, вызвав низкий стон. В его глазах зажёгся опасный огонёк, но я бесстрашно произнесла ему в губы: – А это за розы с шипами!
Несколько мгновений он смотрел на меня, тяжело дыша, а потом рука легла мне на затылок и, резко притянув к себе, он впился в мой рот, даря совсем иной поцелуй. Я остро ощутила, что со мной не мальчик, а мужчина. Концентрированная откровенная страсть, когда тебя властно берут, покоряя своим желаниям, взорвала мой пульс. Руки, что ещё недавно меня едва касались, теперь по-хозяйски исследовали моё тело. Фасон платья не подразумевал лифчик, и когда я ощутила на коже его горячие пальцы, властно сжавшие грудь, застонала ему в губы.
– Кристоф! – хватала ртом воздух, пока он покрывал жадными поцелуями мою шею. Упёршись руками, постаралась отодвинуться, но он опять атаковал мой рот, не давая перевести дыхание.
Губы горели, кожа, где он меня касался, тоже. Его напор ошеломил, и я понятия не имела, как призвать сорвавшегося с цепи мужчину к порядку. Меня охватила паника, когда я почувствовала, что мы встаём, и он меня куда-то несёт.
Положив меня на кровать, он отстранился.
– Кристоф, подожди! – постаралась остановить его, пока он снимал пиджак.
Проигнорировав мои слова, не глядя отшвырнул его в сторону и навалился на меня.
– Весь вечер этого ждал, – сбивчиво прошептал мне на ухо, так как я увернулась от поцелуя.
– Нет! – успела выдохнуть прежде, чем он насильно повернул мою голову к себе и поцеловал.
Кажется, у меня были все шансы познакомиться с ним ближе, чем была готова. Шутки кончились, и я стала сопротивляться всерьёз. Только тогда поняла, насколько же он сильнее меня. Я билась под ним как бабочка в паутине, но, кажется, ещё больше распаляла его этим. Кристоф не слушал протестов, стаскивая с меня платье. Даже материя не выдержала напора и одна бретелька порвалась. Коленом он раздвинул мне ноги, втискиваясь между ними. Руки нырнули под юбку платья, оставляя синяки на бёдрах, настолько сильно он их сжимал. Потом добрался до трусиков и начал стаскивать их.
– Не-е-ет!!! – что есть мочи завизжала я. Уже было плевать на всё. Мечтала, чтобы хоть кто-то меня услышал.
Кожу на бедре обожгло. Слишком сильно он дёрнул кружево и раздался треск материи.
– Кристоф, мне кажется, девушка против, – спокойный голос раздался неожиданно и прекратил творящееся безумие.
Когда он отстранился, оглянувшись, стала выползать из-под него, одной рукой натягивая платье повыше, прикрывая грудь. Я не видела, кто пришёл, но хотелось оказаться как можно дальше от Кристофа. Мне удалось немного отодвинуться, но материя платья была прижата мужской ногой к кровати и натянулась между нами, не давая мне двигаться дальше.
Зато я увидела Богдана и напряжённо посмотрела на него. Они же друзья. К нему у меня тоже доверия не было.
– Не вмешивайся! Мы сами разберёмся, – тяжело дыша, как будто пробежал марафон, потребовал Кристоф.
– Если только меня попросит об этом Кристина, – невозмутимо ответил Богдан. – Она моя гостья. Одно дело, если это ваши предварительные игры, и совсем другое, если она против, и хочет уйти.
– Я хочу уйти! – быстро произнесла, чтобы не было сомнений.
Кристоф повернул голову, посмотрев на меня. Кажется, он только сейчас увидел в каком я состоянии: и моё порванное платье, и мой испуг, и покрасневшую на открытых местах кожу, со следами его пальцев. Он не рассчитывал силу, с которой сжимал меня.
Что-то промелькнуло в его глазах. На какой-то миг мне показалось, что вижу сожаление, но потом губы искривились в кривой ухмылке и он отодвинулся, вставая с кровати.
– Не понимаю, к чему этот спектакль? Ты же понимала, зачем едешь. Какая разница, сейчас или ночью?
Признаться, я даже замерла от потрясения в тот момент, когда одёргивала неприлично задранную юбку, а потом рванула с кровати, спрыгивая на пол с другой стороны от брюнета, который сейчас вызывал омерзение. Меня как будто помоями облили.
– Ты в своём уме?! – от обиды голос задрожал. – Я приехала в гости к Богдану.
– Хочешь с ним? – холодно поинтересовались у меня.
– Ты вообще нормальный?! – голос сел и прозвучало тихо. Посмотрела на Кристофа, как на инопланетянина.
