Хорошо, что был удачный повод сослаться на головокружение после вина, спустя час я ушла в свою каюту.
Зеленые стены и непрозрачный потолок успокоили, когда я наглухо закрыла иллюминатор, чтобы больше в него не смотреть. Взяла визор и снова погрузилась в структуру защитных алгоритмов системы управления «Моби». Поддадутся они – поддастся и общая система контроля и безопасности альянса…
Но тщетно. Нужно было разобраться со своими «шайтанами». И я решилась…
* * *
К началу отбоя освещение на станции было приглушено. Никого. Я спокойно прошла по коридору в другой конец спального отсека.
Как только дверь каюты открылась, в тусклом свете я увидела лишь белые глазные яблоки и черные радужки, такие же черные, как и кожа мужчины.
– Ты прав, Данир,– тихо произнесла я, и слова утонули в огромном коридоре.
Он долго смотрел на меня своими большими глазищами, а потом непринужденно отошел, вытянул руку и раскрытой ладонью указал на место у иллюминатора в каюте…
Там, на полу, лежал толстый ковер, на нем – цветные подушки с неизвестными узорами, визор, а в стакане дымилась тонкая белая палочка. Запах в каюте непривычный, резковатый, но приятный.
Я бесшумно вошла, встала перед всем этим и молча рассматривала узоры на подушках. И Данир молчал. Он даже не делал никаких попыток разговорить меня, просто стоял рядом и слушал тишину…
Я взглянула на его профиль один раз, другой… Но он так и стоял, просто разделяя со мной одно пространство, один воздух…
– Ты привез это с собой?– спросила я, но голос почему-то пропал, и получился хрип.
– Разве у тебя нет личных вещей?
– Я их съела…– ответила я, вспомнив, что привезла с собой лишь визор и глазированные булочки.
– Кровожадная,– серьезно произнес Данир, но его глаза смеялись.
Громко выдохнув в усмешке над самой собой, я прошептала:
– И в этом ты прав… Я безумно боюсь… Раньше, чем больше боялась, тем была сильнее. Без этого вечного страха я чувствовала, что меня нет…
– А сейчас?
Я недоуменно сдвинула брови.
– Что ты будешь делать теперь, когда решила себе помочь?– спокойно повернулся ко мне Данир.
«Этот человек все же загадка: за цепочкой его умозаключений не проследить, говорит мало, но всегда прекрасно знает, с кем и о чем…»
– Не знаю… Сил не осталось, чтобы думать об этом.
– Силы всегда есть, просто ты направляешь их не в ту сторону.
– А ты знаешь, как их направить в нужную?– озадаченно спросила я, и действительно стало интересно узнать мнение абсолютно чужого человека.
– Ты тоже знаешь это,– без сомнения пожал плечами тот, будто я не видела очевидного.
Я продолжала молча выискивать ответ в его глазах, выражении лица, но не находила. Время открытий: я впервые чувствовала себя недалекой.
Данир сжалился и с улыбкой сказал:
– Нужно признать себя слабой. Ты ведь не сверхчеловек.
«Я и без твоей указки знаю, что потеряла контроль!– разозлилась я.– Хорошо говорить загадками, когда тебе самому ничто не угрожает!»
– Вот и сейчас ты злишься, но не признаешься,– проницательно заметил Данир и легко опустился на подушки у иллюминатора.
«Главное, чтобы я перестала хотеть убить!»– с истерической усмешкой опустила глаза я.
– Ты – полный сосуд. Я могу помочь лишь заглянуть в него, но с содержимым тебе самой разбираться,– произнес Данир без всякого чувства превосходства и пронзительно посмотрел на меня.
Я подошла к ненавистному виду за иллюминатором и стояла там, пока ноги не онемели. Оглянувшись, увидела, что Данир так и сидит в той же позе и не спит, хотя прошла, наверное, целая вечность.
«Да, я действительно больше ничего не знаю,– наконец признала я.– Никогда не чувствовала себя такой бессильной… Только тебя никто не пожалеет! И ты не имеешь права себя жалеть, Саша!»
– Чего ты хочешь больше всего?– спросил Данир, когда я с беззвучным вздохом опустилась на подушки рядом.
– Свободы…
Он загадочно усмехнулся, а у меня уже не было сил злиться.
– Нельзя достичь того, чего ты не понимаешь.
– Я знаю, чего хочу!– открыто возмутилась я.
– Чего?– вздернул брови Данир, будто я его действительно удивила.
– Я же сказала: полной свободы!
– И ты знаешь, что это означает?
Я покосилась на мужчину: «Неужели я похожа на слабоумную!». Но сдержалась и терпеливо спросила:
– Данир, а ты знаешь ответ на свой вопрос?
– Истинная свобода никому не известна. Но ее иллюзия вполне доступна многим…
– Я снова не понимаю тебя,– тряхнула головой я.
– Главное, это освободиться от любых оков вот тут…– и Данир мягко коснулся подушечкой указательного пальца своего виска.– Другой вопрос: удовлетворит ли это тебя…
– Как освободиться, если я не знаю, куда двигаться?
– У тебя много времени. А незнание – всего лишь миг на отрезке между пустотой и самодостаточностью…
– Ты всегда говоришь загадками?
Так и хотелось схватить его за голову и вытрясти из нее четкие и ясные объяснения.
– Ты еще не чувствуешь своего потенциала. Но скоро будешь знать, что делать дальше,– интригующим тоном произнес он.
Я недовольно вздохнула.
– Ты можешь рассказать мне все, а можешь не рассказывать. Но тебе надо научиться контролировать ту ненависть, что бурлит внутри, только тогда ты станешь свободной.
