— Ром, я всё поняла, вчера мы просто перебрали с алкоголем. Давай не продолжать спектакль, ты ведь знаешь, как я к тебе отношусь! — Она хотела открыть дверь, как я тут же захлопнул её, и прижал к стене. Моя грудь прижимала её спину, она боялась посмотреть в мои глаза, а я убрал её волосы, тем самым освободив затылок для своих поцелуев.
От лица Евгении
— Какой спектакль? Вчера я говорил правду, ты нравишься мне, даже слишком. Я влюбляюсь в тебя изо дня в день! Зачем ты бежишь от сладкого искушения? Мы оба этого хотим! — Он схватил меня за волосы, и развернул к себе, а потом его губы впились в мои, его язык ворвался в мой рот, и я подалась этой сладкой сказки. Я обхватила его своими бёдрами, а он тем самым прижимал меня к стене. Его поцелуи спускались к моей груди, его сумасшедшее дыхание опьяняло меня, как самый коварный алкоголь.
— Нам лучше остановиться, а не то, я не сдержусь! Я хочу тебя слишком сильно! — Его слова пугали меня настолько, что я немного растерялась.
— Пожалуйста, поцелуй меня, прошу тебя! — Я призывала его к сладким мукам, на что он зарычал, как голодный зверь:
— Ещё одно слово, и я наброшусь на тебя, и ты потеряешь свою девственность!
Но я готова уже на этот шаг, он смысл моей жизни, я знаю, что никого никогда в жизни так не полюблю.
— Я согласна подарить тебе всю себя! Но тут Рома сказал мне то, от чего сердце наполнилось ещё большей любовью:
— Раньше бы я с удовольствием поступил бы так с тобой, но не сейчас! Платонова, я влюбился в тебя! Чёрт возьми, я этого не хотел! — Его глаза снова опустились на мои губы, и мы хотели уже слиться в сладком поцелуе, как услышали голоса на первом этаже:
— Ром, ты где? Папа приехал! — это был голос Нины Сергеевны. Я быстро нашла глазами свою одежду, и хотела уже пройти в ванную, чтоб переодеться, как Рома хватает меня за локоть и прижимает к себе, а дальше шепот, по которому я буду всегда сходить с ума:
— Я никому тебя не отдам, и если Стёпа прикоснется к тебе еще раз, клянусь, я не посмотрю на то, что он мой брат, я убью его! Эти глаза должны любить только меня!
Все мои слова вмиг улетучились, потому что сердце могло остановиться от внезапного счастья. Как так произошло, что судьба улыбнулась мне. Переодевшись в свою одежду, я спускаюсь вниз и встречаюсь глазами с Ниной Сергеевной и Стёпой. Рома придумал способ, как выкрутиться перед ними:
— Женя пришла за помощью по математике!
И тут я улыбнулась, потому что моя шея до сих пор болит от его жадных поцелуев, которые он благополучно оставил на моей коже.
— Я и не знал, что ты так силён в математике! — Стёпа был недоволен, а Рома ответил ему с таким вызовом, что напоминало какое-то громкое соперничество:
— Да, братишка, если хочешь, я и с тобой могу позаниматься!
И тут входная дверь открывается, и в дом заходит высокий мужчина с сумками в руках. Его глаза встречаются с моими, и он тут же роняет все пакеты с купленной едой на пол. Рома со Стёпой переглядываются, а Нина Сергеевна бросает взгляд на меня, не понимая что здесь происходит…
От лица Евгении
Мне кажется, что мужчина может потерять сознание от такого пристального внимания.
— Отец, тебе тоже понравилась наша Женя? Правда она красивая? — подходит к нему Стёпа, он не перестаёт меня хвалить, в этом весь он. После долгого молчания, таинственный незнакомец подходит ко мне и протягивает руку:
— Алексей Михайлович Лебедев! — Его руки дрожат, а мне как-то непривычно.
— Женя Платонова! — сказала я на одном дыхании, но после этого мужчине стало плохо. Он хватается за сердце и буквально падает на пол.
— Сынок, что с тобой? Может врача? — хлопотала Нина Сергеевна.
Рома и Стёпа придерживают его, а я понимаю, что во всём виновата. Наверное, мне лучше уйти. Подхожу к двери, и слышу его хриплый голос:
— Останься, Женечка, не уходи!
Я встречаюсь с мужчиной взглядом, и мне кажется, что этот голос как-будто отголосок прошлого.
— Извините меня, я не хотела вас пугать! — подошла к нему я, на что он взял мою руку и собирался уже что-то сказать, как в наш разговор вмешался Рома:
— Жене надо срочно домой! Я провожу её! — Он вышел со мной на улицу и крепко обнял.
Ветер развевал мои рыжие волосы, а Рома старался их пригладить. Поднимает мой подбородок и целует его, такое проявление нежности отзывалось по всему моему телу мурашками:
— Я не буду спать всю ночь, и думать только о тебе! Моя рыжая принцесса, завтра в лицее, я буду целовать тебя. Поняла меня? И мне всё равно, что скажут учителя! — Он хотел коснуться моих губ, я чувствовала, как страсть охватывает нас с каждой секундой, и если мы не остановимся, то случится пожар.
— Ты целуешь меня как маленькую девочку! — засмущалась я, на что он шепнул мне на ухо:
— А разве мой Рыжик вырос? Хочешь я сейчас поцелую твои губки по-взрослому! — но тут я его прервала:
— Ром, почему твой отец, так странно на меня смотрел?
— Да, не бери ты в голову! Он очень странный человек, знаешь, я с ним всегда плохо общался, мы с ним разные люди! Ладно, ты беги домой, бабушке привет!
От лица Нины Сергеевны
