Вздыхаю и выбираюсь из душа. Обсушиваюсь полотенцем, протираю волосы, рассматриваю что мне дали. Серые спортивные брюки, бежевое худи и черное белье — майка-трусики. Однако! Но одеваться в это все равно поперек моей души, мне приходится заставить себя напялить на себя обновки, потому что иначе придется щеголять в полотенце.
Выходя из ванной, я чую сразу несколько мощных волчьих запахов. Пахнут раздражением, нетерпением, но главное, сильной мужской энергетикой. Сдается мне, это не к добру. Головокружение и тошнота усиливаются. Прибавляется саднящая боль в черепе, которая на нервах ненадолго утихла. Альфа приближается ко мне со стороны окон. Похоже, стоял там, ожидая меня.
Подходит, тянет носом воздух у меня над ухом, довольно хмыкает.
— Вот теперь с тобой можно разговаривать, — от него пахнет неизбывным желанием вперемешку с раздражением и гневом. Не могу понять природу его чувств, но они мне не нравятся. — Пойдем, сейчас решается твоя судьба.
Стоп, что?!
— Как это, судьба? — во рту резко пересыхает и подскакивает пульс. — Ты будешь решать, прикончить ли меня за взлом серверов?!
Альфа снова берет меня за плечо и ведет к двери. Упираюсь, но он до боли стискивает пальцы.
— Решать прикончить тебя или нет, будет Совет, — произносит мрачно. — И не за взлом серверов, а за ограбление казино.
Да что ж такое?! За такое наверняка прикончат. Я не участвовала в ограблении! Но кого это волнует? Похоже, альфа нашел козла отпущения и способ реабилитироваться перед белым хозяином штата. Наверняка мистеру Ноксу попало от Белого альфы за залет с казино.
— Я думала, ты благороднее, мистер Нокс, — выговариваю с досадой и уже не сопротивляюсь. Пусть ведет. — Ты же знаешь, что я ни при чем. Зачем совету сказал, что это я?
— Сказал не я, — еще мрачнее рычит альфа. — Но это уже сделано. И ты снова здесь. Так что проблему надо решать. И тебе стоит быть очень убедительной, чтобы мои заместители сочли, что ты можешь быть нам полезной. Мое слово имеет значение, но против воли Совета даже альфа не пойдет, если хочет сохранить свое место.
Коридор тут один. Широкий, с красной ковровой дорожкой под ногами. Барские хоромы. Альфа заводит меня за угол и открывает первую дверь. Внутри обстановка конференц-зала. Большой продолговатый стол со скругленными углами, по одной стороне которого сидит четверо Серебристых. По запаху едва не дотягивают до альф. Но альфа тут один, и он рядом со мной.
Ароматы этих волков я и ощущала. Раздраженные, злые, уставшие ждать. Мистер Нокс заходит вместе со мной, оставляет меня у стены напротив стола, а сам садится на пустое место среди волков и дежурным тоном объявляет:
— Как сказал Трой, господа, эта волчица отключила сервера видео-наблюдения, когда шло ограбление казино, — он лапает меня хотящим взглядом, даром, что на мне одежда-оверзайз. Мысленно он давно меня раздел и, возможно, даже трахает. — Ваши соображения по поводу меры пресечения?
Если абстрагироваться от ситуации, я могла бы сказать, что все сидящие — породистые серебристые с благородно стальными волосами, цепкими взглядами и обаятельными лицами. Только сейчас они мне враги.
— Мое предложение, — звонким голосом произносит щуплый серебристый, отдаленно похожий на альфу, только лет на пять моложе, — допросить и казнить. Как еще поступать с теми, кто нанес альфе такое оскорбление?
По коже под просторным худи катятся ледяные мурашки. Этот волк пахнет искренним негодованием в мой адрес. И говорит, похоже, на полном серьезе. У меня в душе клубится отчаяние.
— Допросить однозначно, — тянет еще один, постарше, покрепче, с пронзительным сердитым взглядом. — Она наверняка знает, кто за этим стоит. Пусть поделится с нами!
Мне не нравится тембр его голоса, и веет от него просыпающимся возбуждением. Я почти уверена, что допрос, о котором он говорит, будет отнюдь не светской беседой.
— А сама она что говорит? — на меня с интересом смотрит еще один волк. Крупный, даже немного заплывший, у него даже речь медленнее, чем у других. — Думаю, эта волчица с радостью расскажет нам все, что знает, чтобы не доводить до физической беседы.
Как мило он обзывает пытки. Меня уже потряхивает. Похоже, совет придерживается совсем другого мнения, нежели альфа. Я никогда не наблюдала судов, и уж тем более не оказывалась подсудимой. Это такое себе удовольствие, и, кажется, если я так и продолжу молчать, они вынесут мне смертный приговор!
— Сама она скажет, что ничего не знала об ограблении, — произношу громко и отчетливо и исподлобья смотрю на этих напыщенных Серебристых. — Но она может быть полезна в поимке тех, кто ограбил казино.
За столом на мгновение повисает шокированная пауза.
— А она оригинальна! — усмехается еще один Серебристый, одетый в облепляющую атлетичный торс водолазку. — И как же ты нам поможешь?
Альфа с заинтересованным видом наблюдает за происходящим. Похоже, нарочно позволяет Совету вести эти разговоры. Или чтобы я поняла, насколько все серьезно, или отдает дань традициям. Если вначале от него пахло нервозностью, то сейчас в запахе прибавилось спокойствия.
