— Это вы! Точно вы!
— Девушка, боюсь, вы обознались.
— Нет-нет, у меня хорошая зрительная память. Это же вы тот самый маг, который выступал на шоу «Экстрасенсы». Прошу вас, помогите мне, пожалуйста! Молю вас!
В то же время в просторном и роскошном кабинете в Кремле.
Грузный седовласый мужчина в дорогом костюме сидел в удобном кожаном кресле за большим столом из красного дерева. Он взял со стола трубку телефона.
— Ниночка, к-хм… Разве сегодня ко мне не должен был явиться на прием этот, как его…
— Руководитель секретной лаборатории?
— Да-да, Ниночка.
— Должен был, Илья Леонидович, но почему-то его до сих пор нет.
— Непорядок! Почему его нету? Разве я должен ждать кого-то?
— Минутку, Илья Леонидович, сейчас всё узнаю.
— Жду…
Долго ждать генеральному секретарю ССНР не пришлось. Вскоре на столе у него звонил тот же телефон.
— Внимательно…
— Илья Леонидович, я связалась с руководителем КГБ. Э-э-э… Тут странное дело. Карпова, того самого учёного, уволили из КГБ.
— Как уволили?! Непорядок! Свяжи меня с товарищем Жгутиным.
— Секундочку, Илья Леонидович.
Некоторое время генеральному секретарю пришлось слушать тишину в трубке телефона, но вскоре динамик донёс до его уха ровную размеренную речь приятным баритоном:
— Товарищ главнокомандующий, я вас внимательно слушаю.
— Товарищ Жгутин, — медленно, растягивая слова, сказал в трубку генеральный секретарь, — почему у вас в ведомстве непорядок?
— Э-э… О чём речь, Илья Леонидович?
— Карпов. Вам знакома эта фамилия?
— Да-да, конечно.
— Он сегодня должен был явиться ко мне на встречу, а его нету. Непорядок! Почему его нету?
— Э-э… Илья Леонидович, так ведь товарища Карпова уволили.
— Почему уволили?
— Он подозревается в мошенничестве, незаконно получил диплом в университете и вообще ни разу не учёный, а тракторист. По факту мошенничества нету никаких доказательств, кроме косвенных, поэтому нам пришлось уволить недобросовестного сотрудника.
— Товарищ Жгутин, вы меня огорчаете. Думается мне, что вы находитесь не на своём месте. Как можно было уволить учёного, который создал новые технологии в энергетике и разработал боевых роботов? Как можно было избавиться от единственного нашего мага, в то время как у потенциального противника имеются целые отряды людей со сверхспособностями? Товарищ Жгутин, это диверсия! Жду вас со всеми документами у себя в кабинете. И если ваше объяснение мне покажется недостаточным… К-хм…
— Илья Леонидович, через пятнадцать минут буду, — дрогнувшим голосом ответил руководитель КГБ.
Жгутин так спешил, что добрался до кабинета кремлёвского главного начальника всего лишь за двенадцать минут. Запыхавшийся светловолосый мужчина среднего роста вошёл в помещение.
— Присаживайтесь, Василий Васильевич, — протяжно произнес генеральный секретарь.
Жгутин сел на стул перед столом Ильи Леонидовича. Вид он имел бледный, а при виде сурово нахмуренных густых бровей руководителя страны в уме надумал себе срок на десять лет с конфискацией.
— Я вас слушаю.
— Илья Леонидович, тут такое дело, в нашем ведомстве началась внутренняя проверка, во время которой всплыли грязные делишки полковника Филипова. Полковник был задержан. Выяснилось, что с его помощью товарищ Карпов, мелкий мошенник и бывший тракторист, получил диплом физтеха, даже не учась там. Тот же Карпов был зачислен полковником Филиповым в штат комитета и назначен руководителем секретной лаборатории. На саму лабораторию Филипов выбил гигантские суммы и разместил её в очень странном месте — в деревне, в которой проживал Карпов. Проверка выявила схему мошенничества с колхозной землёй, в которой участвовали Филипов и Карпов.
— Что за чушь вы несёте? — нахмурил густые брови генеральный секретарь. — С каких пор вы решаете увольнять подотчетных мне людей из-за какого-то мошенничества, даже не доложив мне?
— Простите, Илья Леонидович, но это обычная рядовая ситуация.
— Обычная ситуация, товарищ Жгутин, это когда вы в своей жопе ковыряетесь! А когда единственного мага и гениального изобретателя выгоняют из конторы, которая должна с него пылинки сдувать, — это саботаж!
— Да какой гений? — презрительно скорчил лицо Василий Васильевич. — Обычный мошенник. Деревенщина, который притворялся магом, чтобы дурить головы домохозяйкам.
— А разве не он с помощью магии обезвредил одного из псионов-террористов?
— Э-э… — подвис Жгутин с расфокусированным взором.
— Мне именно так докладывали, приложив весомые доказательства. И во время нашей прошлой встречи Карпов мне показался очень умным товарищем. Большую часть его доклада не понял не только я, но и некоторые маститые академики. А это, знаете ли, показатель! Я должен был сегодня наградить товарища Карпова медалью и грамотой. И где он?
— М-м-м… Мы не знаем.
— Непорядок! Что вы вообще знаете? Нахрена, я спрашиваю, стране нужна такая служба безопасности, которая работает через жопу?! Где наш маг, блядь?!!!
Кожа Жгутина посерела. В уме он накинул себе ещё пятнадцать лет строгого режима. Когда обычно сдержанный генеральный секретарь переходит на простецкий мат, это означает одно: он жутко зол.
