Наше знакомство было не совсем приятным, но эти часы, которые мы провели вместе, почти наедине, показали его совершенно с другой стороны.
Я перепрыгнул овражек и побежал за удаляющимся Лисом.
За нами пошли все остальные, продолжая ворчать о том, что им обещали час пути, а идем мы уже около полутора часов.
Да, это было так, но не могли же мы рассказать уважаемым студентам, что их ожидает пешая прогулка по лесистой местности длиною почти в пять километров. Хотя не так. Сказать мы с Петровичем могли, но выслушивать нытье ни я, ни он - не желали.
В прошлом году мы ездили в другое место, там было все миленько-благородненько, и даже лагерь детский недалеко. А тут мы были почти в диком лесу. И это будоражило кровь.
А еще будоражила кровь красная коса с черным кончиком и улыбка в медовых глазах.
Я догнал Елисея и пошел рядом.
- Почти повелся. – Прошептал он, улыбаясь.
- И не мечтай. – Рассмеялся я. Он зыркнул на меня и протянул мне руку, на ладони лежало несколько ягод малины. Я в удивлении опять остановился. Он покачал головой и потянул меня к ближайшим кустам.
- Рот открой.
Я в недоумении уставился на него.
– О, какие мы пошлые. Ягодками тебя накормлю, а ты что подумал?
Я заулыбался и доверчиво приоткрыл губы, он аккуратно положил мне в рот малину, я не успел сообразить, мои губы накрыли чужие. Властные, мягкие, сладкие от сока лесной ягоды. Задыхаясь от ощущений, я четко осознавал, что нас могут увидеть, и тихонько толкнул Лиса в грудь. Он зарычал, пару раз толкнулся языком мне в рот и отстранился, но тут же снова облизал мне губы.
– Приобщил тебя к лесу. – Весело сообщил он. В этот момент к нам подошла Зина с подругами.
- Чем это вы тут занимаетесь? – спросила Ира.
- Вот, ягоды нашли, если хотите, то можете собрать. – Странно властно распорядился Елисей. Девчонки зыркнули на него и потом повернулись ко мне.
- Стасик, собери нам, а?
Я улыбнулся, и воспользовался возможностью отвернуться от девушек. Облизал губы и прикрыл на мгновение глаза. Поцелуй ощущался на губах и смешивался с привкусом малины, я старался не анализировать происходящее. Было понятно одно – я во вкусе этого странного парня с алой косой.
И это заставляло сердце пропускать удары. А давно уже запрятанную надежду поднимать иллюзорную голову. И дыхание сбиваться, я не говорю уже о том, как повело себя мое полузабытое либидо.
Я собрал девчонкам малину и раздал, как любящая мамочка, поделив на всех. Они умильно поедали малинку, когда к нам подбежал Генка и с ужасом в глазах поведал:
- Там Ромка упал, ногу подвернул на каком-то страшном овраге!
Я вскинул голову.
- Так, тихо! – велел я заохавшим девчонкам. – Кушать малинку, разбить небольшой привал. Гена, отвечаешь за дам.
Он серьезно кивнул.
А я пошел туда, откуда слышался отборный мат.
Они были недалеко, видимо, Рома перепрыгивал овражек и поскользнулся. Вокруг него хлопотал Петрович.
- Роман, ну как ты так? – с надеждой на то, что его не пошлют, спросил Петрович.
- Да *…* знает, Петрович, прыгнул и упал.
Петрович задрал его штанину и хмыкнул.
- Хорошо прыгнул и упал удачно, я бы сказал. Кицурова позвал кто?
- Тут я.
Парни расступились, я присел рядом с раненым Ромкой.
– Надо вправлять.
- Только не Петрович, Стас, вправь ты. – Умоляюще попросил Рома, чуть скривившись и снова вспомнив «органы» и «мать».
- Дайте ему что-нибудь закусить. – Распорядился я.
Рядом с нами присел на корточки Лис. И протянул Ромке короткую палку, перемотанную платком. Тот закусил ее.
- Дафай!
- Держите его.
Я аккуратно снял с ноги кроссовок и, не предупреждая, дернул. На весь лес раздалось смачное:
- Б***! – Ромку выгнуло, ребята в четыре руки держали Ржевского. – Стас, мать моя…
- Ну, все уже, ты у нас настоящий стойкий конь.
- Пошел ты! – сквозь зубы.
- Елисей, сколько еще до места лагеря? – спросил серьезный Петрович. Все же за нас он отвечал, и все эти растяжения и царапины волновали его в первую очередь. Правда, в медицине он понимал мало, и с банальным растяжением он справиться не мог. Я вздохнул.
- Недолго. Возьмите его под руки и помогите. Тут по прямой и препятствий больше не предвидится. – Он посмотрел на меня серьезно и подхватил вещи Ромки.
– Стас, на минутку…
Я отдал кроссовку Ржевского Петровичу и проследил, как ребята поднимают Романа и устраивают его руки на своих плечах.
- Наверно, лучше его в больницу отправить. – Проворчал Валерка.
- Ага, и ты его понесешь, Валер? – ехидно ответил ему Женька.
- Вы поаккуратней давайте. – Шикнул на них Петрович, я лишь покачал головой и нахмурился. Мы с Лисом прошли вперед и помогли девчонкам снова собраться, хотя они не сильно раскладывали вещи.
- Ты что-то хотел? – спросил я Елисея, когда мы оторвались от медленно бредущей группы.
- Старший в вашей группе Петрович? – поправляя вещи Романа, поинтересовался Лис.
- Официально – да. Но фактически - это я.
- Неужели он не понимает, что обрекает тебя на ответственность за твоих же друзей?
