Меня выгнуло, и Лис обхватил меня за талию, приподнял и внес в пропаренное пространство. Я осмотрелся, снова мельком, и он уложил меня на лежанку из теплых досок.
- Странно. – Задумчиво прошептал я.
- Что кажется тебе странным?
- Я собирался, как обычно, провести трудную неделю, постоянно разыскивая пьяных одногруппников и вталкивая в их серое вещество хоть толику знания, я собирался и дальше играть порядочного парня и делить свою палатку с девушкой брата. Я собирался после этого всего приехать домой и отчитывать брата за беспорядок… Я собирался… - я перевернулся на лежанке и притянул парня, нависающего надо мной, ближе и почти в самые губы прошептал:
- …А что мне делать теперь?
Он смотрел на меня внимательным медовым взглядом и после моего вопроса мягко улыбнулся, и провел кончиками пальцев по моим губам.
- Может, пришло время что-то изменить в жизни, которая превратилась в рутину? Сделать ее более насыщенной и яркой.
Я протянул руку и вытащил палочку из его волос, они рассыпались.
- Как твои волосы?
Он улыбнулся и сморщил носик, фыркнул.
- Романтик.
- Да, с железной волей и абсолютно чистым разумом, который, почему-то, в твоем присутствии отказывает, да и воля… - его тонкие пальцы прошлись по моему бедру. – Тоже летит к чертям.
- Стас, я уже просил тебя расслабиться, и не раз. Доверять не прошу, но мне кажется, что ты уже доверил мне самое стратегически важное для себя место.
Легкое похлопывание по ягодице, и я не выдерживаю и заливаюсь смехом.
– Так лучше. – Продолжил спокойно Лис и снова снял с меня очки. – А теперь банька!
Долго я не выдержал, и Елисею пришлось меня выпускать на воздух.
Раскрасневшийся, еле дышащий, я сидел на бревне, предварительно накрытым пледом для мягкости. И смотрел, как поднималось солнце, как первые рассветные лучи окрашивали кроны деревьев в мой любимый цвет. И думал о том, что жизнь настолько непредсказуемая и переменчивая, настолько странная, что иногда не успеваешь за ее течением. Только сегодня вечером было все как всегда, а сейчас я не могу унять собственное сердце, и это не из-за горячего пара, а потому что тепло внутри. Я бы сказал, даже жарко…
- Не замерз?
Я снова не услышал, как он подошел и сел на корточки рядом со мной, волосы влажные, заплетены в косу.
- Все хорошо.
- Ты раньше ходил в баню?
- Нет.
- Нужно было сказать, я бы так не нагревал. – Он аккуратно приподнял меня. Я только краем сознания удивился.
– Сейчас положу тебя и накормлю, а уже потом провожу в лагерь, хотя, там все равно все еще спят.
- Откуда ты все знаешь?
- Птички на хвостиках приносят мне новости, а сам косолапый мишка - мед в березовом бочонке, и, вообще, весь лес батрачит на меня.
Я фыркнул, невольно перенимая его привычку, и прижался к теплому плечу, клонило в сон.
– Спать хочешь?
- Немного. – Ответил я, зевая, и прикрыл рот ладонью.
Елисей положил меня на свою полуторку и прикрыл рыжим пушистым пледом. Куда-то ушел, а через несколько минут я услышал, как он гремит посудой в другом конце домика. Я свернулся калачиком, но сон как рукой сняло.
Я уткнулся в подушку и вдохнул этот потрясающий аромат. Так пахли волосы моего… парня?
Можно ли считать нас парой? И почему именно сейчас мне пришли эти мысли? Я снова напоминал сам себе девчонку-школьницу. Сморщил нос. Перевернулся и вздохнул.
В конце-то концов, я реалист и прекрасно понимаю, что медовая неделя никогда не сможет перерасти в медовую жизнь. Он никогда не покинет родные места, я не смогу бросить Семку одного, и у меня учеба…
Я прикрыл глаза рукой и закусил губу. Мне иногда так жаль, что я такой прагматик и скептик, что в душе я абсолютно уверен – у нас нет будущего, и что один хороший секс не может быть фундаментом для прочных отношений, что я совершенно ничего не знаю о нем. И что я так устал скрываться и прятаться.
Почему Женька и Генка не скрывают свои отношения? Но я даже не подумал о том, что они встречаются, пока Зина не ткнула носом.
Может, не такой уж я и серьезный? А может, все дело в том, что скрываясь сам, я не замечаю многих вещей?
- Не устал еще думать, Стас? – Лис присел на край кровати и протянул мне глиняную кружку с ароматным квасом. Я сел и, взяв ее, сделал судорожный глоток.
- Это было именно то, что мне необходимо, спасибо. – Еще один глоток. – А по поводу твоего вопроса… знаешь, мне иногда и поговорить не с кем, хотя это странно звучит, друзей у меня достаточно…
- На самом деле не странно.
Он успел одеться и теперь не соблазнял меня безупречной кожей и капельками сосков. Я закусил губу, иногда проклинаю свое воображение.
– Люди интуитивно чувствуют твою закрытость и на контакт не идут… О чем ты думал? – он так знакомо повернул голову на бок, что я невольно подумал о рыжем лесенке с мягкими ушками.
- О лисенке? – ляпнул я. Медовые глаза заискрились, и он не смог удержать расплывающиеся в улыбке губы.
- Мы явно перестарались с парилкой. Хочешь сказать, что после всего, что тут произошло, ты думаешь о лисенке? – насмешливо спросил он, я затаил дыхание, он пренебрежительно фыркнул. Я отставил кружку и потянул его на себя, заставляя оседлать мои бедра.
