– Ничего, мама. Я пытался самостоятельно провести кое-какие опыты, но результат не слишком обнадеживающий.
– Быть может, нам пора задуматься о приглашении на эту должность нового волшебника?
– Я предпочел бы подождать еще пару дней. Если он в плену, то наверняка спасется.
– А если он мертв?
– Он жив, мама.
– Откуда такая уверенность? – Королева знала о тайном увлечении сына черной магией, и это внушало ей определенные опасения…
Кронпринц сам по себе обладал почти неограниченной властью, а если на его стороне встанут еще и призванные из Тьмы демоны… По неписаным правилам их семьи считалось совершенно нормальным, когда сын свергал с престола отца, дабы править самому. Но свергать с трона вдовствующую мать было уже сушим беззаконием, ибо согласно традициям правящая Королева должна умереть своей смертью. Рано или поздно власть безболезненно перешла бы в руки Валета, но что, если он не захочет ждать? В этой ситуации даже Договор оказался бы бессилен, он не причинит вреда члену той же семьи.
– Ты о чем-то задумалась, мама? – учтиво напомнил Валет.
Королева вздрогнула и, отрешившись от собственных мыслей, повторила вопрос:
– Почему ты так уверен, что он жив?
– Я же говорил, что производил у него в башне некоторые опыты. Само собой, многое мне неподвластно, но с помощью вещей, которых касалась рука их хозяина, можно определить, какой дух от них идет, живой или мертвый, Я использовал одну из книг, которую Щур штудировал перед своим исчезновением. Ее страницы имеют теплую ауру. Он далеко, но, несомненно, жив.
– И что же дальше?
– Мага можно застать врасплох, его можно оглоушить, завернуть в мешок и похитить, но настоящего мага трудно удержать. Если Щур вернется, это искупит его вину, если же нет – нам и не нужен волшебник, не способный себя спасти. Но решать, разумеется, тебе, мама.
– Зачем же? Ты так правильно все разложил, пусть будет так, как хочется тебе.
Мать и сын обменялись самыми искренними улыбками.
* * *– Потребуется еще одно вещество. – Щур встал перед Илоной с самым обличающим взглядом. – Ты девственница?
Вместо ответа оскорбленная невинность просто пнула наглеца в пах. Удар был слишком коварным и неожиданным, карлик скрючился в три погибели, а черные рыцари Мальдорора разразились злорадным хохотом. Нэд позволил себе поощрительную улыбку, Валера – осуждающую, мама и дочь – поаплодировали, вампиры сделали вид, что вообще ничего не заметили. А вот на лице Аршубанапула было написано явное сочувствие и сострадание, говорившее о давнем знакомстве с той же ножкой.
– Ду-р-р-ра… – выдавил дворцовый маг, пытаясь встать на ноги, но падая вновь и вновь, – че, спросить нельзя?!
– Отчего же, спрашивай! Лично тебе я охотно повторю.
– Не… не надо! Я всего лишь хотел попросить три капли крови девственницы для полноценного заклинания. Жалко, да?
– Для тебя ничего не жалко, пуся! Хочешь мою? – от всей широты души предложила Даша.
Щур внимательно глянул на нее, оценил силу тренированных мышц и отрицательно покачал головой:
– Не годится.
– Это что же за пошлые намеки?! – праведно вспылила оскорбленная добродетель, а карлик бросился под защиту Люстрицкого.
