– Это мы еще посмотрим, – пропыхтела Илона, развязывая злодею шнурки. – Щекотка – только начало, я ж тебя, гада, к стулу привяжу и заставлю двадцать четыре часа в сутки «Санта-Барбару» смотреть, пока не взвоешь! Дашенька, подойди сюда, подержи ботинок.
Дочь астролога шагнула вперед, и Аршубанапул, неожиданно повернув голову, увидел ее в полный рост (до этого девушку загораживала шея черного коня). Дикий вопль потряс окрестности! В длинном мужском крике было столько боли, страха и неприкрытой истерии, что все невольно шарахнулись. Даша оступилась и выронила котенка, упавшего на тощий живот жреца.
– Уберите его! Только не кошка-а-а-а! Я все сделаю… я… Спа-си-те-е-е!!!
Казалось, от воя несчастного лопнут уши… Вусмерть перепуганный котенок прижал уши, вздыбил шерсть, изо всех сил вцепившись в черный балахон извивающегося магистра. Только Бред сохранял ледяное спокойствие, продолжая крепко прижимать жреца копытом, остальные буквально замерли, сраженные нечеловеческим криком. Внезапно из орущего рта неохотно выползла вялая дымная субстанция, здорово смахивающая на недружелюбное привидение, и заметалась в поисках укрытия. Увы, все трое героев были крещеными, а в тело молодого магистра уже вернулась его собственная душа. Дух Аршубанапула все же дерзнул повернуть обратно, но котенок так угрожающе зашипел, что серая субстанция бросилась прочь. Скрывшись в кучах мусора, она немного пошуршала отбросами, а потом из-за драной конфетной коробки вышел потешный скелетик маленькой мышки. Зверек на белых косточках задних лап прошествовал прямо к Нэду Гамильтону и погрозил крестоносцу кулачком. Илона и Даша попробовали изобразить обморок, но только зря ударились головами. Флегматичный Бред убрал ногу с груди притихшего магистра Димы и шагнул к хозяину, ткнувшись умной мордой ему в ладонь. Все как-то не сразу поняли, что под копытом черного коня хрустнул мышиный скелетик – последнее жалкое прибежище беспокойного Аршубанапула.
