Я знал, если скажу Стасу, что мне нравится Ева, он отстанет, ибо я являлся авторитетом в школе, и этот «сладкий» мальчик никогда не полез бы в драку со мной. Однако страх потерять репутацию и статус вечного одинокого волка, желанного всеми, не давал мне этого сделать. Более того, до знакомства с Евой я осуждал и обсуждал ее в негативном ключе.
– А-а-а… что ты, нет, я едва ее знаю, – нервно захохотал я.
– Круто! Ладно, будем думать, – не отводя взгляда от Евы, произнес Стас.
– Да она даже не посмотрит на тебя, дохлый номер, по ней видно – первоклассная стерва, – похлопав Стаса по плечу, я удалился за школу, чтобы затянуться заветной сигаретой.
Там я встретил Дена, который уже закуривал вторую.
– Стаська все-таки подловила твою Еву, – морщась от дыма, произнес он.
– Она не моя, – раздраженно ответил я, чиркая зажигалкой.
Ден молчал, он чаще молчал, чем говорил. Я завидовал ему, потому что он не говорил ничего лишнего.
Докурив, я забрал Даню, и мы пошли домой, с Евой я сегодня так и не пересекся.
Дома меня замучили мысли. Почему я не подошел к ней, зачем сказал Стасу, что не знаю ее, еще и обозвал Еву стервой. Какой же я дурак!
Я так и не понял, имеет ли Стас виды на Еву или нет, но меня он жутко бесил. А еще больше меня бесило то, что они могли бы стать идеальной парой. Ведь он весь такой чопорный, даже немного женственный, следит за укладкой день и ночь. Да, мышцы у него не такие крепкие, как у меня, да что уж там, их у него вообще нет.
А Стася? Я так и знал, что она доберется до Евы. А что тут было думать? Станислава мне это прямым текстом сказала. Какой же я все-таки идиот!
Данька давно умотал гулять, даже меня не спросив, он всегда так делает, когда мамы нет дома. Меня это мало волновало, я не старался заменить ему отца. Я хотел разобраться хотя бы в себе.
Время шло и шло, а я все думал и думал. Я так корил себя за все, что сказал сегодня ребятам, и за то, что не подошел к Еве. Я так корил себя за этот поганый статус «альфа самца». Ну почему я должен быть таким?
Естественно, быть таким я не должен, но в тот момент я этого не понимал, ибо был первоклассным идиотом и дураком, зависящим от чужого мнения.
Провалялся я так целых два часа, время было 16:40. Потерев глаза, я подошел к окну, на площадке никого не было – ни Евы, ни Дани.
Вдруг резко пришло осознание того, что она, скорее всего, переедет обратно к отцу, ведь учебный год начался.
Я не знал, что делать, это был самый жесткий день для меня.
Я мысленно попрощался с Евой, мысленно поженил их со Стасом, мысленно послал Стасю далеко и надолго. Уж Стаса-то она точно одобрит, он же такой красавчик.
Это был тяжелейший день. Я был готов провалиться. Выпив пару таблеток снотворного, я уснул.
Данька пришел в девять вечера, доел утренние тосты, поиграл в компьютер и тоже отрубился.
В доме было темно и тихо. Мама должна была вернуться лишь утром.
Утром меня разбудило слепящее глаза солнце, ведь я забыл закрыть шторы вчера. На часах было 6:30. Я не хотел попадаться на глаза своей матери, тогда она заставит меня будить Даню, а он, как я полагаю, уснул очень поздно.
Прокравшись в ванную, я затаился, тихонько принял душ и переоделся. Было уже 7:00, я спасен, мама наверняка уже будит мелкого.
Я не ошибся, мама пыталась растолкать сонного Даньку, который то и дело вопил о том, как ему надоела школа, которая даже еще не началась.
– Ой, Сашка, ты уже собрался, на тебя непохоже, – удивленно уставшим голосом сказала мама.
– Да, я вчера рано лег, сегодня даже без будильника, пойду в школу сразу, завтракать не буду! – крикнул я и выбежал прочь.
Стояла отличная погода, теплая и приветливая, я надеялся пройти через дом Евы, чтобы, возможно, застать ее по пути в школу.
– Саша? – раздался голос из-за спины.
– Стася?.. – удивленно протянул я. – А что так рано? И где Ден?
Заливаясь неоднозначным смехом, Станислава процедила:
– Это у тебя нужно спросить. Я тебя никогда не видела в такую рань. Денис еще дома, он всегда выходит позже, а иногда и вовсе прогуливает, ты же знаешь.
– Пошли вместе, что уж там, – махнул рукой я.
– Не нужно так говорить, будто бы делаешь мне одолжение. Ну, раз уж так получилось, пошли, только не надейся увидеть Еву, она живет ближе к школе, соответственно, раньше туда доберется.
– С чего ты вообще взяла, что я хочу увидеть Еву?
– А я что, по-твоему, совсем тупая и не понимаю, что она тебе нравится? Только не прикидывайся, Санёчек, – игриво пролепетала Стася, – и, кстати, Юлька слышала ваш разговор и рассказала, что ты мало того, сказал Стасу, что вы вовсе не знакомы, еще и обозвал Еву стервой. Как это понимать?
Я влип.
Юля была ужасной сплетницей и врушкой: низкорослая девчушка, с короткими каштановыми волосами, старомодной стрижкой и бегающими голубыми глазами-бусинами. Даже внешность выдавала ее характер.
Юльку и ее трех сестер воспитывала мать-одиночка, отец ушел, когда Юле было шесть, а ее младшей сестренке Алене – четыре.
Настя и Лена уже выросли и сами помогали матери финансово и по хозяйству, поэтому Юлька, хоть жила и небогато, тем не менее ни в чем не нуждалась.
