Новая линия метро, выдержанная в тонах цвета хаки[6], встретила новыми блестящими вагонами, обшитыми нержавеющей сталью, c низкими потолками и сиденьями вдоль стен, но не общими скамейками, а рядами индивидуальных мест, предназначенных для каждого отдельного пассажира. Сама станция «Итхэвон» оказалась просто огромной – имеющей много ярусов, с длинными эскалаторами. Рассчитанная на посещение иностранцами, станция украшена роскошными картинами, представляющими облик Сеула. Выход со станции расположен у гостиницы «Гамильтон».
Сначала решил прогуляться по верхней, восточной, части улицы. С радостью, словно встретил старых друзей, обнаружил, что многие здания здесь те же, что были двенадцать лет тому назад: знаменитая дискотека «Королевский клуб» (King’s Club), автозаправка, пожарная часть, вечно закрытая дискотека «…Звезды» (…Stars), с круто уходящей вверх длинной бетонной лестницей.
Уже стемнело. Обилие торговых лавочек с теряющимися внутри кварталов узкими коридорами магазинов; фланирующие туда-сюда иностранцы. Изобилие дешевого товара сомнительного качества.
Но есть на Итхэвоне и новое. Это немногочисленные лавчонки, у входа в которые вывеска: «Обмен денег». Они работают и в девять – десять вечера, когда большинство магазинов уже закрыто. Решил зайти в одну из них. Помещение маленькое: 1,5–2 м в ширину и метра 3 в длину. Слева от входа – деревянная крашеная скамеечка для ожидания посетителей. На ней сидит молодой мужчина в шортах, лет 35, в очках, беседует с другим мужчиной, чуть старше его. Я спрашиваю, меняют ли деньги. Мужчина в шортах отвечает утвердительно. Тогда я прошу поменять $100 и спрашиваю о курсе. Отвечает: 120 тыс. вон; это больше, чем дают в банках. Мужчина в шортах пролезает в дверь-проем под окошечком кассы (другого входа в нее нет), принимает мои $100 и без какой-либо квитанции или вопроса о паспорте вручает мне 120 тыс. вон.
Еще мне нужно купить в Итхэвоне дешевый галстук. У меня много галстуков хороших, дорогих. Но я их забыл дома, а завтра выходить на трибуну при параде. Как купить галстук в девять вечера, когда практически все магазины уже закрыты? Я упорно хожу по улице взад-вперед, обращая внимание прежде всего не на магазины, а на передвижные двухколесные торговые тележки, освещаемые подвешенными на проводах лампочками «рыбий глаз». Обнаружил сразу два лотка, стоящих рядом друг с другом и принадлежащих одной хозяйке – женщине лет 55–60. Она торговала дешевыми галстуками из полиэстера за 3–5 тыс. вон. В левом лотке были выложены строгие галстуки для костюмов, а в правом – прикольные, с изображениями типа «компьютер и настоящая мышь с сыром», «белые овечки и одна черная», «смеющиеся зайцы из мультиков» и т. п. Хозяйка очень вежлива и приветлива. Посоветовала мне самый приличный галстук.
Обратно в гостиницу решил поехать с другой станции метро – «Ноксапхён», расположенной у входа в американскую военную базу. Эта станция оказалась еще более грандиозной, чем «Итхэвон». Под огромным прозрачным куполом находятся как бы подвешенные в воздухе эскалаторы, спускающие пассажиров в таинственный мир картин и барельефов: на одном из подземных этажей находится помещение для проведения различных выставок.
На станции попробовал снять деньги в банкомате по карточке родного Сбербанка. Получилось! Был очень обрадован этим событием, увидев за ним иллюстрацию положительных сторон глобализации, которую так любят ругать…
Весенний день 22 мая 1992 года выдался хорошим – как по погоде, так и по событиям.
Стояла приятная после холодного Петербурга почти что летняя жара. Поэтому к десяти вечера, времени, когда я обычно возвращался со стадиона, у меня было не только желание, но и силы, чтобы побродить одному по городу в поисках приключений. Вечер обещал быть теплым и прозрачным.
Выйдя из гостиницы, я направился в близлежащий район Мёндон. Ничего особенного от него я не ждал, так как бывал здесь и раньше. Просто он очень красив, и по вечерам здесь гуляет много заманчиво-привлекательных своей жизнью молодых людей. И здесь не так грустно бродить одному.
Через некоторое время после начала моего пешего путешествия вышел на улицу Мира (
Через автостраду вел надземный пешеходный переход. Темно. Прохожих почти нет. На лестнице, ведущей к переходу, увидел забавную картину: фонарный столб с навершием в петербургском стиле, только какой-то по-детски маленький. На половине лестничного марша горят мягко освещенные изнутри окна офиса. У окон множество больших растений в кадушках, отчего вся внутренность офиса приобрела особую мягкую притягательность.
