Харлан рассмеялся, даже продолжая глазеть во все глаза на самолёт. Мэрилин не находила в этом ничего смешного:
— Одна? У тебя было две бутылки шампанского!!
— Ну, уж одну-то я ещё не закончил. Вот, хочешь выпить? — я протянул ей бутылку. — Давай, это хорошая штука!
Мэрилин недоверчиво глядела на меня, пока Анна Ли не засмеялась и не сказала:
— Давай, я поведу.
Мэрилин застонала, мрачно глянув на меня, а затем подняла бутылку к губам и глотнула. Она вернула бутылку мне, а я, отхлебнув, передал её Харлану.
Харлан поглядел на этикетку и покачал головой. Затем сделал приличный глоток и спросил:
— Ладно, откуда это? Чем ты, чёрт побери, таким занимаешься? — он вскарабкался на борт Gulfstream и огляделся, а затем вернулся. — Невероятно! Да что ты такое делаешь, что останавливается в Royal Hawaiian и летаешь на таких?
Я поглядел на Мэрилин, которая делала ещё один глоток.
— Ну, давай, расскажи им. Не нужно больше скрывать, — она вручила мне бутылку.
Я пожал плечами и отхлебнул.
֫— Ладно, давай, — я полез в карман и, вытащив визитницу, вручил Харлану одну визитку.
Тот поглядел на неё, затем на моё улыбающееся лицо, а затем снова на карточку.
— Президент и генеральный исполнительный директор Бакмэн Гроуп, Частная Собственность и Капитал? Что это, чёрт возьми?
— Я же говорил вам, что работаю в инвестиционной компании, верно? Так вот оно. Я владелец компании. Я Бакмэн из Бакмэн Гроуп.
Харлан и Анна Ли оба пару секунд глядели на меня. Я сделал ещё глоток шампанского и передал бутылку Мэрилин, хрюкнув, когда Чарли попытался её забрать. Его мать отодвинула бутылку подальше, сделала новый глоток и отдала бутылку Харлану.
— Вот, приканчивай.
Харлан допил бутылку, и мы положили её на заднее сидение Линкольна.
— Итак, ты богат, верно? Что бы там ни было, а деньжата у тебя водятся. Так или иначе, что за частная собственность и капитал?
Я прислонился к машине.
— Возвращаемся к гостинице, на обратном пути мы всё объясним.
— Ты всё объяснишь, — сказала Мэрилин. — Я понятия не имею, чем ты занимаешься. Чёрт, я только в прошлом году узнала, что у тебя вообще есть деньги!
— Эй, я никогда не врал тебе. Я просто не говорил тебе всего. Это другое, — запротестовал я.
— Неважно! Короче, едем, и ты объяснишь им всё. Может, они поймут это лучше меня.
Конечно, я ничего не успел объяснить за те пять минут, что мы ехали до Royal Hawaiian. Мальчишки стали возиться, а судя по запаху, исходящему от Роско, ему нужно было поменять подгузник. Мы внесли их внутрь и потратили десять минут, устраивая их. У меня возник соблазн открыть ещё одну бутылку вина, но я решил, что если сделаю – это отключусь. Наконец, когда мальчики заснули в своих кроватках, Харлан потребовал объяснений:
— Итак, что за Бакмэн Гроуп и что за частная собственность?
У меня ушло 10 минут на то, чтобы объяснить Бакминстерам, что такое частная собственность и капитал; похоже, они оба понимали концепцию. Суть Бакмэн Гроуп они, похоже, тоже уяснили, хотя затем Харлан задал неизбежный вопрос:
— Ну ладно, а откуда ты взял деньги, чтобы начать всё это? Это деньги семьи?
— Определённо, нет, — покачал я головой. — Во-первых, в моей семье никогда не было таких, как я. Во-вторых, фактически, я – паршивая овца семейства. Я и пенни от них не получил. Я их не видел со своей свадьбы, а это была моя первая встреча с ними за много лет. Кроме моей сестры, конечно же. С ней я близок, но и только.
— Но почему? — спросила Анна Ли. — Что не так с твоей семьёй?
Я с улыбкой покачал головой.
— Я ещё не настолько выпил, чтобы начать рассказывать о моей семье. Нет, поверьте моим словам – я от них ни монетки не взял. Я достал деньги старомодным способом – заработал их. У меня был брокерский счёт ещё с 13 лет, и я очень, очень хорош в торговле акциями. К тому времени, как я пошёл в колледж, мне даже не нужна была стипендия – я вполне мог платить за обучение сам, если бы захотел.
Харлан вытаращил глаза. Он, конечно, был патриотом, как и любой, но в Армию по большей части пошёл из-за стипендии КПОЗ.
— Но зачем ты тогда взял стипендию КПОЗ? — спросил он.
— А почему нет? Я в любом случае хотел идти в армию, даже если всего на пару лет. Я отдал армии 4 с половиной года, своё колено и 17 живых десантников. Они не могут сказать, я не стоил своих денег.
— Так, а сколько ты стоишь?
— А ты сколько стоишь, Харлан? Вообще-то это не тот вопрос, который люди задают. Миллионы. Если Бакмэн Гроуп будет работать хорошо, то и миллиарды. Вот почему я ничего не говорил. Люди начинают странно вести меня, когда узнают, что у тебя есть большие деньги.
— Миллиарды?! — хором воскликнули Мэрилин и Харлан. Анна Ли просто смотрела, раскрыв рот.
— Полагаю, в течение 10 лет, — ухмыльнулся я своей жене. — Просто подумай об этом в следующий раз, как захочешь убить меня. Чем больше ты протерпишь, тем больше наследства получишь!
— Порой я думаю, что это будет того стоить! — она показала мне язык.
— Раньше ты не так говорила, — я поиграл бровями.
Она показала язык снова.
— Так что ты там такое подписал? — спросил Харлан.
Я покачал головой.
