– Я не нападал на них, помощник суперинтенданта. Думаю, вас дезинформировали.
– Тогда, может, вы расскажете мне, что произошло?
Я помолчал секунду, чтобы собраться с мыслями, просто кивнув, что понимаю. К счастью, именно в этот момент доктор Беллинджер приостановился и заметил:
– Ну, если вы не нападали на них, я бы не хотел видеть, что было бы, если б вы решили.
– Спасибо, доктор! – сказал Хавьер, обозлённый, но нас прервали.
Я держал рот на замке. Лучше пусть он злится на доктора, чем на меня. Когда доктор не ответил, он повернулся ко мне.
– Так что вы говорили?
– Я говорил, что ни на кого не нападал, – и я прямо пересказал ему события этого вечера, начиная с момента, как я встал и пошёл в уборную и, заканчивая тем, где меня скрутил бармен. Когда я закончил, доктор уже тоже закончил со мной, но он прислонился к стене, слушая и не собираясь уходить.
– Итак, вы говорите мне, что на вас напали трое вооружённых мужчин, и всё, чем вы отделались – это порез на руке, а они все трое попали в больницу? – спросил он.
На провокационные вопросы всегда нужно отвечать другим вопросом.
– А вы говорите, что я решил напасть на троих вооружённых мужчин?
Он тоже не ответил; он был опасным игроком в покер. Затем он сменил тему:
– Что это у вас на шее?
Я в жизни бы не понял, о чём он. Через пару секунд я сообразил, что Хавьер имеет в виду.
– Мои жетоны? Эти? – я всё ещё носил их, и понимал, что, должно быть, буду носить всегда.
В прошлой жизни я носил своё армейское удостоверение в бумажнике, сразу за картой социального страхования.
– Вы солдат?
– Был. Я ушёл из Армии в январе, – сказал я ему.
– Почему?
Полагал ли он сейчас, что я был безумным солдатом, убивающим без причины? Я потянулся вниз и закатал штанину на больной ноге, обнажая швы на колене.
– Я слишком много прыгал.
– Прыгал? – озадаченно спросил он.
Мэрилин сердито уставилась на него.
– Мой муж был офицером 82 Воздушной Дивизии, и его наградили за храбрость! Почему вы угрожаете ему, как преступнику? Те люди украли мою сумочку, и множество других, а он остановил их! Почему вы арестовали его? Вы должны были арестовать их! Отпустите нас!
Я взял её за руку и притянул к себе.
– Всё в порядке, просто успокойся. Всё будет нормально, – обхватив рукой её плечо, я обнял её.
Последнее, что мне было нужно – это чтобы Мэрилин посадили в тюрьму вместе со мной. Если это меня посадят, она должна быть свободной, чтобы позвонить адвокату!
Хавьер поглядел на меня с кривой усмешкой.
– Вы уверены, что это вы были солдатом, а не ваша жена?
– Моя жена тот ещё солдат, – ответил я, также улыбаясь.
Он повернулся к Мэрилин.
– Вы не арестованы. И никогда не были арестованы. Я просто хотел, чтобы вас придержали для разговора. Мы уже арестовали тех парней. Я лишь хотел услышать вашу версию событий.
Мэрилин всё ещё упрямо дулась, но я только похлопал её по руке.
– Вы их арестовали? – спросил я.
Хавьер кивнул.
– Вы чрезвычайно удачливый человек, мистер Бакмэн. Мы гонялись за этой бандой пару месяцев. Если это те, о ком я думаю, то вам повезло остаться в живых.
Мэрилин ахнула, но я просто глянул на него с любопытством.
– О?
– Да, это смесь карманников и грабителей. Они кочуют с острова на остров, что затрудняет их отслеживание и даже не даёт понять, одна это группа или разные. Двое из них карманники, и они ходят, собирая бумажники, как ваши, а затем, перед уходом, они бегут и хватают сумочки. Третий парень заботится о тех, кто пытается их остановить. Мы думаем, эта же самая группа убила в феврале немецкого туриста, ножом. Вам повезло.
Я на секунду задумался, а затем поглядел на свою жену, которая всё ещё была белой, как призрак, и дрожала. Я лишь приобнял её сильнее.
– Нет, помощник суперинетенданта, это не везение. Просто им очень не повезло. Я был воздушным артиллеристом, но все мы – боевые солдаты. Впрочем, им всё же повезло. Я знал парней, которые их бы на завтрак съели.
– Ну, – фыркнул он, – я бы предпочёл, если бы вы не говорили этого репортёрам.
– Репортёрам? Каким репортёрам?
– Репортёрам, что ждут снаружи клиники, – оскалился он. – Это очень маленький остров, и очень мирный. Здесь уже местный репортёр из Guardian, и, должно быть, его дружок из Journal. Это национальные новости!
Я с недоверием уставился на него:
– Ох, прошу, вы, должно быть, шутите! – он покачал головой, и я с ужасом глянул на жену. – Всё становится лучше и лучше! В следующий раз я дам им забрать и сумочку, и кошелёк, и тебя!
– Я не буду говорить ни с какими газетами! – сказала она мне.
– Дерьмо! – пробормотал я. Затем я поглядел на Хавьера.
– Ладно, но если вы хотите, чтобы я вёл себя примерно, вы должны достать мне чистую одежду, – я поглядел на Мэрилин – на её платье была кровь. – И ей тоже.
– Ммм? – уклончиво ответил он.
– Ммм! Да. Вы знаете, где находится Ля Валенсия? Отправьте туда мистера Разговорчивого, и пусть он принесёт оттуда какую-нибудь чистую одежду. Тогда я выйду к репортёрам и воспою хвалу Багамам. Звучит разумно?
– Разумно, – он махнул рукой охраннику. – Итак, вы остановились в Ля Валенсии.
