— Я только что сказал это по национальному телевидению. Не думаю, что теперь могу улизнуть. Если к тому времени она будет не в больнице, то я обязательно ее найду.
— Спасибо вам, — она снова поцеловала меня в щеку и взглянула на близняшек: — Вы очень здорово воспитали этих девочек, — и затем она ушла.
Я попрощался и с остальными политикам. Они собирались провести инспекцию в Спрингборо, чтобы «помочь». Боже, помоги Спрингборо! Прежде, чем они ушли, я спросил у Джорджа Буша:
— Вон тот твой парень, Фрэнк, что он у тебя делает?
Он пожал плечами.
— Он – один из ребят Карла. А что?
— Могу я взять его к себе? Он кажется умным.
— Зачем? Зачем он тебе нужен?
— Мне нужен пес-денщик, — сказал я ему.
Он взглянул на Фрэнка и указал на меня:
— Будь с конгрессменом. Теперь ты с ним.
Стуффер казался удивленным, но не стал спорить.
— Э-э, ладно, — затем он повернулся ко мне и сказал: — Кто такой пес-денщик?
— Старый термин из армии. Означает адъютанта, некого помощника генерала, который по приказу даже кость у собаки украдет. Собери свои вещи, где бы они у тебя ни лежали, и возвращайся сюда, прежде чем мы уедем. Достань клетку для собаки, чтобы она вмещала Шторми, и пару собачьих мисок, — сказал я ему.
— Где?
— Додумайся сам, пес-денщик!
Он казался встревоженным, но ушел.
Мэрилин посмотрела на него, когда он уходил, и затем улыбнулась мне:
— Карл, угомонись, он тебе не младший лейтенант.
— Дорогая, именно им он и является! — и на этом я последовал за добрым доктором обратно к палате для последнего осмотра.
К несчастью для отдела биллинга, я оказался достаточно здоровым, чтобы быть отпущенным и отказать им в удовольствии оплаты счета за еще один день. К пяти часам или около того мы уже направлялись в сторону выхода. Когда мы дошли до приемной, туда с криком:
— Подождите! — вбежал Фрэнк Стуффер, тяжело дыша. В одной руке у него был чемодан, на шее висела сумка, в другой руке была большая пластиковая клетка для перевоза собак, и под ней он держал пакет с названием магазина для животных. За ним гнался возмущенный таксист, требующий оплаты. — Догнал! — сказал Фрэнк.
— И хорошо, что поймал. Было бы неловко пропустить вылет, — я запустил руку в свой задний карман и достал кошелек, но не смог сам открыть его и заплатить таксисту. Я передал его Мэрилин и сказал:
— Можешь заплатить этому парню?
Мэрилин фыркнула и улыбнулась, достав пятьдесят баксов.
— Этого хватит?
Водитель такси внезапно расплылся в улыбке, взял купюру и исчез. Мы распределили все вещи между всеми, и Джерри МакГуайр, чудесным образом появившийся после пресс-конференции, проводил нас до лимузина. Оттуда мы выехали в сторону аэропорта, где нас ждал G-IV. Мы сели на самолет и полетели в Вестминстер.
Мои дочери надели симпатичные платья до колен, что вкупе с сандалями на высоком каблуке заставляло их казаться несколько старше. Я заметил, что Фрэнк с любопытством их разглядывает. Когда он сел напротив меня, я сказал ему:
— Фрэнк, ты же понимаешь, что им еще даже шестнадцати нет, ведь так? — до завтра это бы никак не изменилось, — Мне нужно отвести тебя на стрельбище и показать, что происходит, когда экспансивня пуля попадает во что-нибудь?
Он рассмеялся:
— Нет, сэр, я все понимаю. Но вам стоит признать, что они довольно милые. Им стукнет по восемнадцать раньше, чем вам кажется.
Я махнул на это рукой:
— И что? Через полгода я стану вице-президентом и получу доступ к военному вооружению. Представляешь, что бывает, когда стреляют осколочными? Это же здорово!
— Поверю вам на слово, господин конгрессмен.
— Итак, Фрэнк, ты работаешь на Карла Роува? Чем занимался до этого? — спросил я.
Фрэнк рассказал, что он был выпускником Принстона, и получил образование в области политологии и учился в Йельском юридическом университете. Он был из молодого поколения политиков, стекающихся в Вашингтон, и вне Лиги Плюща или Вашингтона не имел никакого опыта. Его работа у Карла Роува была его первой работой. Ему было двадцать пять лет.
Я кивнул ему, когда он все рассказал:
— Ладно, начнем с самого начала, больше ты на Карла Роува не работаешь. Теперь ты работаешь на меня. Это понятно?
— Как... я теперь в вашем конгрессиональном штате?
Я покачал головой:
— Когда мы приземлимся, свяжись с Брюстером МакРайли, и я все решу оттуда. Технически ты будешь в штате помощников МакРайли. Какие-нибудь проблемы с этим есть?
— Ээ, нет, сэр, а разве должны?
Я с подозрением на него взглянул. Он был наивен или глуп?
— Я буду предельно краток. С настоящего момента ты не разговариваешь с Карлом Роувом, не обсудив это сперва со мной. Полагаю, у тебя есть указания от него каждый день докладывать ему о том, что я собираюсь делать? — На это Фрэнк покраснел, как рак.
В покере у него бы не сложилось.
— Восприму это молчание как подтверждение. Все, хватит. Ты работаешь на меня, а не на Карла. Это понятно, или наши пути расходятся?
— Да, сэр.
— Какое именно «да, сэр»? — надавил я.
— Да, сэр, я понимаю. А в чем проблема с мистером Роувом?
