Я жестом поманил агентов и они встали позади него. ДеСантос резко заткнулся. Я поднял ладонь, и они отступили. Затем я снова заговорил.
— Это мистер Дэвид Бойес. Он – один из лучших судебных юристов в стране. Он оспаривает дела перед Верховным Судом. А присутствующему здесь мистеру ДеСантосу не место даже на ступеньках на вход в здание суда! Я дам слово мистеру Бойесу.
Бойес, услышав это, подскочил. Он открыл свой дипломат и достал пачку юридических документов. Затем он передал один из них Петрелли.
— Это федеральный запрет на подачу иска к президенту до тех пор, пока он пребывает на своем посту. Начиная с третьего ноября, это будет по двадцатое января 2009-го года.
Лично мне Бойес и Вайзенхольц сказали, что это было липой. В деле Джонс против Клинтона было постановлено, что частные лица могли подавать на президента в суд за действия, совершенные до вступления на пост. Нам было плевать; это все равно было только первым залпом.
Затем он передал ему ещё один документ.
— Это – федеральный приказ о прекращении, запрещающий вам и вашему адвокату обсуждать это дело с прессой. Скажете одно слово – и можете дальше вести разбирательства из-за решетки.
Ещё документ.
— Это – федеральный ордер на изъятие всех записей и документов Джены Колосимо и их передачу в федеральный суд до тех пор, пока не будет проверена их подлинность. До этого времени их нельзя будет продать или опубликовать. Это означает, что вы передаёте дневники вашей матери федеральному приставу. Один из них ожидает внизу, и он вместе с вами отправится в Нью-Йорк и заберёт все дневники такого рода.
Затем перед лицом Петрелли и ДеСантоса было выложено ещё несколько запретов и ордеров. Бойес сказал мне, что это были всего лишь затычки, и в некоторых случаях – очень слабые. Большая часть из них была услугами от различных федеральных судей, о которых запросила моя команда юристов, поскольку почти ничего из этого не было под федеральной юрисдикцией на самом деле. Если бы Петрелли и хотел это оспаривать, он бы в конечном счёте победил бы в суде, хотя, скорее всего, его команду юристов вел бы уже не ДеСантос. Казалось, что Бойес так же презрительно относился к ДеСантосу, как и я сам. На этом моменте он снова передал слово мне.
— А теперь насчёт твоих требований к моему имуществу. У тебя нет никакого права ничего требовать! Сама правовая теория о том, что вы с твоей матерью образовали вторую семью и таким образом имеете право на половину моего состояния нелепа сама по себе. Ещё ни один суд не находил подобное реалистичным. То же относится и ко всем требованиям по возмещению алиментов. Право что-либо у меня требовать было у твоей матери, а не у тебя, но по какой бы то ни было причине она никогда не обращалась ко мне за поддержкой. Если бы она это сделала, то, может быть, я бы и согласился на что-то. Но она этого не сделала. А у тебя же, с другой стороны, нет никакого законного права на что-либо претендовать.
Затем я указал на Такера:
— Это мой адвокат по недвижимости. Мой главный адвокат по недвижимости. Он возглавляет команду юристов по недвижимости и налоговых юристов крупнее, чем вся фирма ДеСантоса. Это тот парень, который составил мое завещание. Так вот, раз уж мы уже выяснили, что через суд ты не можешь получить от меня никаких денег, давай посмотрим, что ты сможешь с меня взять. Такер?
Такер снял очки и положил их на стол.
— Согласно положениям нынешнего завещания мистера Бакмэна, все его дети получат по десять миллионов долларов после его смерти. Миссис Бакмэн получит больше, но поскольку вы не имеете к ней никакого отношения, то вы не имеете право чего-либо с нее требовать. Основная часть состояния мистера Бакмэна будет передана в фонд Бакмэна, благотворительной организации мистера Бакмэна. Опять же, вы не вправе что-либо здесь требовать. На настоящий момент мистеру Бакмэну сорок восемь лет, и ожидаемая продолжительность его жизни составляет ещё тридцать лет. Вам исполнится шестьдесят лет, прежде чем вы увидите что-нибудь, кроме счетов на юристов. Вдобавок к этому, пока мы сейчас говорим, завещание мистера Бакмэна переписывается таким образом, чтобы исключить оттуда всех детей, не являющихся детьми мистера Бакмэна и миссис Бакмэн. Чтобы получить что-нибудь, вам сперва понадобится добиться признания нового завещания мистера Бакмэна недействительным, чего вы не сможете даже начать делать до его смерти, на стадии первичного рассмотрения, опять же, через тридцать лет.
Петрелли выглядел так, будто бы перед взорвалась бомба! На его лице читался ужас, и его голову повернулась в сторону ДеСантоса:
— Вы сказали... — и затем эти двое начали спорить между собой, ощерившись, как пара шумных итальянских котов.
Я бросил на свою команду взгляд, полный отвращения, и дал им погрызться между собой ещё мгновение-два. Наконец я устал от их пререканий, и рявкнул:
— ХВАТИТ УЖЕ! ЗАТКНИТЕСЬ!
Агенты подошли к этим пререкающимся мудакам, и они заткнулись. Они угомонились и повернулись ко мне.
