— Я его из-за тебя возненавидела. Чтобы ты сдохла, тварь! — Яна вдруг вскочила и бросилась на Лену, но Кузюмов успел схватить ее.
Глядя на Яну, Лена поняла, что эта особа окончательно сошла с ума.
От удара под глазом была содрана кожа. Губа основательно распухла. Зуб шатался. Сильно болела выбитая челюсть, и каждое слово давалось с трудом. Рентген переломов не показал. Врач не выявил даже легкого сотрясения мозга, но в больницу лечь все же порекомендовал.
Лена и Антонина ждали Рому в холле перед кабинетом. Они сидели локоть к локтю, о чем-то разговаривали, увидели его и разом поднялись. Лена взяла Рому под локоток, Антонина — просто за руку.
Паренек, сидевший неподалеку, глянул на Рому с завистью и с удивлением. Как же так? Он весьма далек от идеала, к тому же с разбитой физиономией, а с ним такие красотки!
Рома весело подмигнул ему, проходя мимо.
Он чувствовал себя героем. И Городилова вырубил, и Паше дал самый настоящий бой. Антонина тоже отличилась — открыла дверь. Лена привела за собой ментов.
— Домой? — спросил Рома.
— Я хочу напиться, — сказала Антонина.
— А ты? — Рома иронично глянул на Лену.
— Я не пью.
— Да?
— С некоторых пор.
— Привыкать ко мне не будешь?
— Сегодня, пожалуй, выпью.
— Водки. Для заводки.
— Если я заведусь!.. — начала Тонька.
Рома осадил ее взглядом и сказал:
— Лена предлагает тебе пожить в ее квартире.
Лена открыла рот, но Рома глянул на нее так же резко.
— Ты поживешь пока у Лены, — повторил он, обращаясь к Тоньке.
Барышни промолчали. Но Тонька ущипнула его за предплечье, а Лена — за кисть.
Неподалеку от своей машины Рома увидел второй «Гелендваген» темно-серого цвета. От него к нему шли два шкафа.
— Роман Яковлевич, мы от Иннокентия Петровича, — пробасил один.
— Надеюсь, твоя фамилия не Городилов? — сострил Рома.
— А вдруг его зовут Паша? — Тонька улыбнулась.
— Вот и узнаешь, как его зовут. — Рома посмотрел на нее, перевел взгляд на машину.
— Зачем?
— С ребятами поедешь. Расскажешь им, как меня спасала.
— Почему? — Антонина капризно надула губки.
— Я сказал.
Антонина вздохнула и направилась к темно-синему «гелику». Дверцу ей открыл телохранитель, а Лене — Рома.
— Я буду жить вместе с Тоней? — спросила Лена.
— Нет, ты будешь жить с законным мужем, — ответил он, тронув машину с места.
— Это ты так решил?
— Ты законная жена. Имеешь право возразить.
— Твоя законная жена?
— А у тебя есть еще один муж?
— Семен приходил ко мне вчера мириться. Я его прогнала. Чувствую свою вину перед ним.
— Ты хочешь быть с ним из чувства вины?
— Нет, я хочу быть с ним потому, что люблю его.
— Он тебя предал.
— Я не знаю, кто подложил ему Антонину.
— Я здесь ни при чем, если ты думаешь на меня.
— А вдруг?
— Генерал Власов тоже не был виноват. Немцы сделали ему предложение, от которого он не смог отказаться. Если бы они его не соблазняли, то генерал не стал бы предателем. Так я тебя понимаю?
— У нас не война.
— Но Семен тебя предал.
— Он приходил мириться.
— Ты его простишь. Завтра он предаст тебя снова. Еще и еще. А потом настанет момент, когда Семен не попросит прощения. Мир полон соблазнов. Всегда можно найти предлог.
— Он хороший, — чуть не плача, сказала Лена.
— Он мужик. Я его даже уважаю. Но тебя ему не отдам. Ты не должна прощать Семена.
— Он ранен, лежит в больнице! — Лена обрадовалась как человек, который вдруг нашел оправдание своему безумию.
— Ты можешь его проведать, — сквозь зубы сказал Рома.
— Я должна с ним поговорить.
— А если он выберет Антонину?
— Что?! — возмущенно протянула Лена.
— А почему он должен от нее отказываться?
— Она ведь!.. — Лена осеклась, не решаясь оскорбить Тоньку.
— Тонька просто моя горничная. Мы с тобой уехали, а она осталась. Семен пришел ко мне, а увидел ее. Тонька не дура. Я здесь ни при чем.
— Она — твоя горничная! Ты с ней спал!
— Завтра твоего Семена соблазнит другая горничная.
— А ты с ней спал?
— С другой горничной?
— С Антониной.
— Я никогда и ни с кем спать больше не буду. Только с тобой.
— Этого я тебе не обещаю. А Семену я должна сказать, что ты спал с Тонькой!
— А разве Тонька не имеет права на счастье?
— Семен мой! Почему я должна отдавать его кому-то? — возмущенно спросила Лена.
— Пусть он сам сделает свой выбор, — сказал Рома, с тоской глядя на нее.
Вдруг Семен предпочтет Лену, если она его простит? Как тогда бороться дальше? Неужели самому придется взяться за нож?
— А если он выберет меня? — с настороженностью в голосе спросила Лена.
Наверное, она переживала за свое будущее, которое могла бы провести вместе с Ромой. Ему хотелось на это надеяться.
— Ты не должна забывать, что мой отец пригласил нас на ужин. Мы не должны его подвести.
Лена думала недолго.
— Хорошо, я не скажу ему, что Антонина жила с тобой, — заявила она.
Рома ехал к больнице, в которой лежал Семен. Он доверялся судьбе, а она могла разлучить его с Леной.
Состояние больного улучшилось, и врач разрешил маме подольше побыть у кровати сына. Но Семена это не радовало, ему хотелось прямо сейчас закончить свидание.
— Зачем ты только пошел к этой стерве? — спросила мама.
Ее трясло от чувств, которые она испытывала к Лене.
