К моей радости, Наталья Владимировна, выйдя с работы, не стала ловить машину и даже не воспользовалась общественным транспортом, а отправилась пешком. Следом за ней, буквально в двух шагах, шествовала я, надеясь, что госпожа Дабровская после работы обычно возвращается домой, не захаживая по пути в гости, и что сегодня это не станет исключением. Неторопливым шагом мы дошли до красивого высотного дома, наверняка построенного совсем недавно: архитектурное решение было выполнено в современном стиле, а декоративные украшения на окнах и дверях выглядели совсем новыми. Не пользуясь домофоном, Наталья Владимировна открыла дверь своим ключом и через секунду скрылась в подъезде. Таким образом у меня появилось реальное подтверждение, что она действительно здесь живет: вряд ли в наше время кто-то доверит посторонним людям ключи от собственной квартиры, которая расположена в таком шикарном доме!
И все-таки как бы ни был он роскошен и красив, а около его подъезда все равно должны восседать старушки на своих законных лавочках. Вот и этот ультрасовременный двор не стал исключением: привычные бабушки самого заурядного вида занимали свои позиции, на которые в данное время суток и не думала претендовать молодежь. В общении с особами пожилого возраста самое главное принять подобающий вид: немного растерянный, слегка виноватый и, самое главное, просительный. Примерно такой коктейль и был необходим мне сейчас, а потому, тщательно смешав названные ингредиенты, стараясь взять их в нужной пропорции, я удовлетворилась однородностью полученной смеси и нанесла готовую маску на лицо.
Старушки заинтересованно оглядели молодую интересную женщину, которая не спеша прогуливалась около подъезда, изредка посматривая на окна, а потом досадливо морщилась, словно укоряя себя в чем-то. Не прореагировать на подобный трюк пожилая компания просто не могла: слишком явный намек я послала в их сторону. Прервав, видимо, давно идущий разговор, начало которого уже никто и не помнил, старушки переглянулись, после чего одна из них спросила меня:
– А вы, девушка, пришли к кому-то?
Есть! Я с готовностью повернулась к говорившей, интеллигентной бабульке в черной шляпе и сером пальто, рядом с которой примостился маленький пинчер. Почему-то все старушки такого типа любят пинчеров и, когда на мир спускаются сумерки, с одинаковым видом выгуливают их на коротеньком поводочке. Я подошла ближе, не забывая про свою многокомпонентную маску, и пожаловалась:
– Пришла вот к знакомой по работе, принесла ей бумагу для срочной подписи, а листочек с точным адресом забыла. Улица эта, дом, кажется, тоже, а квартиру хоть убей – не вспомню. Что делать, ума не приложу, до такой степени переволновалась, что нехорошо становится.
Моя вымученная улыбка вызвала искреннее сочувствие на лицах бабушек. Одна из них начала рыться в своем ридикюле, очевидно, пытаясь отыскать для меня валидол и сопровождая свои действия ахами и охами; другая поднялась с насиженного места, освобождая его для меня. Третья старушка понравилась мне более остальных: она не стала суетиться, а вместо этого задала вполне резонный вопрос:
– А кто именно вам нужен-то? Может, мы и подскажем номер квартиры?
– Дабровская Наталья Владимировна, – безнадежно и часто дыша ответила я.
– Дабровские в нашем подъезде живут, – кивнула головой бабушка, – в тридцать третьей квартире. Да она только что прошла, вот минут за пятнадцать до вас.
Но я ее уже не слушала. Поднявшись со скамейки и держась ладонью за горло, я поспешно побежала за угол, изображая приступ внезапной тошноты. Старушкам сегодня будет о чем поговорить – тема слабого здоровья молодых плавно перейдет к плохой экологии, а там одно за другим и пойдет разговор, как по накатанному. А у меня теперь имеется адресочек господина Дабровского, что вкупе с его фамилией дает мне возможность воспользоваться справочной службой и определить-таки род его занятий.
Рабочий день давно подошел к концу, придется удовлетвориться сегодняшними результатами, поскольку нужная мне контора все равно скоро закроется. Самое лучшее сейчас – это спокойно отправиться домой.
Однако продолжать разрабатывать линию Дабровского мне не пришлось ни утром следующего дня, ни когда-либо в другое время. Вечером позвонил Гурьев, загадочный тон которого железно свидетельствовал о том, что ему стало известно что-то интересное. «Наверное, касающееся расследования», – подумала я, прекрасно зная, что Валерка с новостью подобен коту, поймавшему мышку. Прежде чем ее предъявить, он непременно с ней поиграет.
– А помнишь статью про роман девчонки с неким Дабровским? – словно невзначай осведомился Гурьев после обычного обмена любезностями.
– Ну… – натянуто ответила я.
