Оставалось разобраться, как этот мир относится к ней, и что же делать: пытаться найти свое место здесь, тем более что, кажется, она обладает чем-то ценным, важным для не самых последних людей этой страны. А она, она уже, кажется, нашла в этом мире нечто важное для себя.
Потом они вернулись в дом, и, сидя в саду, Дана пыталась читать книгу, захваченную с острова. В глубине души ей было немного жаль, что образы драконов на иллюстрациях больше не оживали, а собрание разнообразных историй, по-своему интересных, местами смешных, местами страшных, но казавшихся ей далекими и не связанными с сегодняшним днем, было просто собранием историй.
Любопытно, конечно же, было узнать, что драконы не только летали в небесах. И даже не столько. Они управляли обычными людьми, жили в собственных замках и городах, непонятно как такое вообще в принципе было возможно, обучали колдунов, и это было самое главное: драконы обладали магией, пользовались при каждом удобном случае и совершали с ее помощью разные чудеса.
Но самое главное – она нашла описание знакомого места. Та скала, где она очутилась в первое мгновение, она называлась Твердыней на Мысе Проклятий. Драконы создали это место, и оттуда они правили миром.
Осеннее солнце грело почти также, как и в тот день. И, сбросив туфли, она ощутила под ногами то же самое тепло. Как приятно было бы сейчас пройтись босиком, но, наверно, в этом мире это вряд ли возможно просто так!
Да, в книге драконы тоже испускали огонь. На нескольких иллюстрациях пылающие языки пожирали несчастных, пытавшихся выступить против магической власти. Но как она смогла уцелеть в этом пламени? Может быть, в тот момент оно все-таки было ненастоящим?
– Самым настоящим!
Она подняла голову и огляделась, но вокруг никого не было. Ни во дворе, ни на дороге. И все же ее не покидало чувство, что это неспроста, что кто-то наблюдает за ней. Дана поднялась и внимательно оглядела окна. Никого. Хотя тот, кто произнес эти слова, вполне мог уже спрятаться внутри, если ей не почудились эти слова в очередной раз.
Хотя, может быть, кто-то разговаривает с ней посредством телепатии? Вполне возможно, что в этом варианте планеты Земля телепатия – это вполне нормально, и сейчас кто-то читает ее мысли и посмеивается над тупостью попаданки.
Во всяком случае, сегодня вечером она попробует найти себе другую книгу, наверху, рядом с кабинетом, есть небольшая библиотека. Наверно, там есть книги по истории и что-нибудь еще полезное.
– Я рад, господин министр, что вы согласились составить мне компанию на время нашего путешествия. Конечно, отказаться от общества таких красоток непросто, но ведь и у мужчин найдется, чем занять время.
Генерал водрузил на стол солидную бутыль с янтарным напитком.
– Вы будете удивлены, господин маг, но, несмотря на то, что мое происхождение, кажется, не оставляет мне поле для маневра, люблю в хорошем обществе выпить настоящий мужской напиток, то есть виски. Островитяне здорово поднаторели в производстве напитка с дымком. А у меня есть друзья среди обитателей Острова Изумрудного Эйрина еще со времени учебы.
Тут что-то было не так. Реган, до сих пор с интересом слушавший ибера, отвел взгляд от стеклянного сосуда. Возможно, стоило сразу уточнить цель этого приглашения, а может быть, вообще не стоило приходить. Ведь министр двора не пришел, хотя, наверно, его и не позвали?
– Не стоит ломать голову. Конечно же, в нашей военной академии не учатся ирландцы. Но ведь у меня есть еще одно образование.
Земля, с которой его связывает так много. Место, где он так и не побывал. Край земли среди бесконечных зеленых лугов на берегу океана. Усадьба на берегу реки Шаннон. Сказки и истории, которые он слышал так часто под треск поленьев в очаге. И это ушло, и то ушло. Навсегда.
– Я учился в королевском колледже. Вы слушаете меня, Реган?
– О, да, конечно, Алонсо. Не обращайте внимания. Моя мать приехала в Академию с острова совсем молодой.
Де Авила налил напиток почти до самых краешков стакана. Наверно, это было правильно. Хотя, может быть, и не значило ничего.
– Давайте выпьем. Я знаю эту печальную историю. И мне очень жаль что я, поверьте, совершенно случайно коснулся столь болезненной для вас темы.
Он схватился за стакан, как за спасение. Без тоста, хотелось без тоста. Но генерал уже произнес:
– Огонь возгорится!
Да, хорошо, хорошо. Он был согласен. Может быть, ему нужен был собутыльник. Во всяком случае, выпил до дна. Взгляд генерала напротив не выражал сочувствия, но хоть крупица понимания в этом взгляде была.
Реган пододвинул опустевший стакан ближе к бутылке.
– Я что-то не разобрал вкуса. Давайте повторим.
За окном дождь застучал по стеклу в такт монотонному перестуку колес поезда. И куда он ехал? Кажется, не в ту сторону.
– Конечно, повторим. Но сначала…
Капли залили все стекло. Все-таки осень больше всего нравилось ему. Печаль жила в ней и позволяла каждому задуматься о том, что на самом деле важно. А может, и о том, что просто кажется таким.
Но, похоже, их разговор отклонился не в ту сторону.
