В июле 1995 г свой день рождения Лисс вновь провела в больнице с тяжелой пневмонией. Похоже, ночные заплывы в бассейне, когда температура опускалась, здоровья ей не добавили. Около десяти дней она пролежала в пульмонологии, ослабленная и похудевшая, но не собиравшаяся сдавать позиции. Женщина быстро, захлебываясь кашлем, возобновила репетиции. Майкл просил ее сильно не напрягаться, Лисс ничуть не уступала мужа упертостью.
За пару месяцев до отъезда в HIStory тур вновь беременную миссис Джексон опять доставили в больницу, на этот раз с аппендицитом. Лисс только ворчала: ни одного дня рождения за три года она не провела дома, каждый раз ее накрывала какая-то болезнь и изматывала. Аппендикс удалили, и выписали женщину домой. Майкл даже не хотел вести ее в тур, но остаться одной на год она просто не могла. По всем расчетам их дочь должна была родиться в Японии к Рождеству.
- Пэрис, - тут же сказал Майкл, - я очень люблю Париж. Почему мы с тобой там еще не отдыхали, как следует?
- Потому что я то беременная, то больная, - проворчала женщина.
HIStory тур начался с Брунея. Причем общим решением Джексоны поехали все вместе, взяв с собой и Принса с няней. Лисс с удовольствием наблюдала за концертами, она уже в прошлый раз привыкла быть координатором и следила за происходящим. Иногда женщина брала с собой сына. Майкл выглядел как конфета в фольге, заставляя ее веселиться. Любимыми частями любого концерта для Лисс было исполнение They don`t care about us, потрясающей по уровню страсти In the closet и, разумеется, совершенствовавшийся со временем Dangerous. На Human Nature Майкл так забавно двигал пальцами, что Лисс потом долго называла его проктологом от природы, заставляя обиженно надувать губы. Мужчина старался выкраивать часы, гулять с ней и Принсом по городу. Сын на людях появлялся в маске. Причем Лисс пыталась спорить, она не понимала, зачем нужно скрывать ребенку лицо, но Майкл был непреклонен. Он хотел для своих детей спокойной жизни, и в то же время прекрасно понимал, что это невозможно. Порой Майкл, долго готовясь и не с первой попытки, предлагал ей поиграть на флейте, вызывая у женщины улыбку. Ей нравилось, как он стеснялся, в этом было так много шарма и искренности.
Города менялись, Джексон танцевал, фанатов после истории с растлением меньше не стало. Как позже узнала Лисс, девяносто с лишним процентов американцев не верили в эту историю. Майкл ни у кого не ассоциировался с педофилом, по крайней мере в девяностые. Он был поп-королем, мужем, отцом, величайшим музыкантом, но уж точно не извращенцем.
В декабре родилась Пэрис. Все прошло на удивление спокойно, и Майкл забрал их в отель уже на третий день, чуть не забыв о концерте в принципе. Конечно, путешествовать с двумя детьми было тем еще удовольствием, без помощи няни Лисс бы просто не справилась. К тому же июль 1997 вновь загнал ее в больницу, на этот раз в Швейцарии. Диагноз поставить так и не смогли. Ей пришлось чуть ли не насильно отправлять Майкла и няню на дальнейшие гастроли. Прийти в себя миссис Джексон смогла только к середине августа и первым же рейсом полетела в Норвегию. Муж встретил ее взволнованный, а команда тут же сдала его: не ел, ни спал, переживал.
На самом деле, Лисс начинала видеть в своих болезнях, всегда приуроченных ко дню рождения закономерность. Стоило на горизонте замаячить новой цифре, как ее тут же накрывала любая возможная хворь. Причем между приступами июльской лихорадки никаких других симптомов у женщины не было. Наверное, совпадение, по крайней мере, именно так они с Майклом себя утешали.
HIStory тур стал самым многопосещаемым концертом. Он успешно закончился в октябре 1997 г, и довольные Джексоны вернулись домой. Майкл неспешно писал новый альбом, Лисс устроилась ревматологом. Собеседование было самым коротким в ее жизни, стоило ей назвать имя своего мужа (она этого вообще делать не собиралась, ее спросили напрямую), как женщина тут же получила должность, а потом несколько месяцев пыталась сделать так, чтобы в ней видели врача, а не жену Майкла Джексона. Пришлось даже на работе подписываться девичьей фамилией, иначе что-то делать было просто невозможно. И то ее периодически узнавали, но автографы не просили, ведь Лисс и так ставила свою подпись на документах. Да и она была просто спутницей поп-короля. Майклу сначала не очень нравилось, что женщина вернулась в медицину. Ей приходилось много ездить, и она мало времени проводила с детьми. Джексон даже предлагал построить ей свою клинику, но Лисс отказалась. Тогда она точно не смогла бы там работать. Люди приходили бы просто посмотреть на нее.
В целом женщина была невероятно довольна своей жизнью. Новый альбом Майкла двигался тяжело, зато большую часть песен он писал о любви, в одной даже затронул тему секса, приведя жену в восторг.
- Значит, к сорока годам ты решил признаться миру, что знаешь о таких вещах?
