Центральный «провод» ОУН потребовал от своих организаций украсить города и села фашистскими лозунгами, на главных улицах соорудить триумфальные арки, украшенные ветками, цветами, разноцветными лентами и надписями: «Хайль Гитлер!», «Слава ОУН!», «Слава Бандере!», «Да здравствует немецкая армия!» и т. д.
Тем временем фашистское руководство не скрывало своих подлинных целей в отношении украинского народа.
«Вы можете мне поверить, — обращался в декабре 1942 года к немецким солдатам гауляйтер Украины Эрих Кох, — что я вытяну из Украины последнее, чтобы только обеспечить вас и ваших родных… Один центнер украинской пшеницы важнее, чем украинская проблема».
Генетическое родство фашизма и украинского национализма с провозглашенной С. Бандерой фразой: «Наша власть будет страшной!» обусловило безоговорочную поддержку гитлеровской Германии оуновцами.
Сегодня на Украине после майдана-14 она страшная, страшная даже магическими цифрами единицей с четверкой: переверни их, и получится сорок первый год.
Идейно-нравственная и политическая позиция оуновцев была адекватно выражена редактором националистической газеты «Волынь» Уласом Самчуком в статье «Адольф Гитлер» в августе 1941 года, которая вскоре попала в руки армейских чекистов Юго-Западного фронта:
«Наше единственное желание, действительно помочь германской армии достичь намеченной цели. Верим твердо и непоколебимо в ее победу, ибо во главе ее стоит муж чрезвычайного мерила и чрезвычайной духовной силы — Адольф Гитлер».
Итак, в дальнейшем природная общность германских нацистов и украинских радикальных националистов проявилась в чудовищной жестокости к народам, ставшим жертвами гитлеровской агрессии, ко всем противникам установления фашистско-бандеровского режима, а также в способах и приемах достижения поставленных целей.
В 1945 году германский фашизм, оруженосцами которого выступали украинские националисты, был закономерно повержен. Эта великая миссия выпала на долю Советской армии, народных мстителей — партизан и тружеников тыла. Все народы Советского Союза участвовали в приближении гибели нацистского монстра.
Однако оуновцы с их фашистской природой и русофобской заданностью и заточенностью не могли долго оставаться без хозяина. И он незамедлительно отыскался. В такой ипостаси выступили организаторы холодной войны — американские гегемонисты и глобалисты — ненавистники России.
Майдан-14, на котором хозяйничали американцы, подкармливавшие в основном галицийских гопников свежей «зеленью» напечатанных долларовых ассигнаций на своем станке, а также «печеньками» госпожи Нуланд и «дельными» советами господина Байдена, вверг Украину в болото прозябания, гражданской бойни и демографического опустошения.
Но вернемся в 1941 год.
Пора вставать! Ты знаешь сам,
Какое время наступило;
В ком чувство долга не остыло,
Кто сердцем неподкупно прям,
В ком дарованье, сила, меткость,
Тому теперь не должно спать!
Ожидаемую войну с гитлеровской Германией Анатолий Николаевич Михеев встретил на посту начальника Третьего управления НКО СССР в Москве, как говорится, во всеоружии. Многие материалы о подготовке нацистской Германии к нападению на Советский Союз проходили через его стол.
Получаемые сведения, естественно, им докладывались вышестоящему начальству, в том числе Л.П. Берии, наркому обороны К.С. Тимошенко, а через него и И.В. Сталин знакомился с обобщенными справками, шифровками и копиями важных агентурных донесений. В них делались попытки объективного разбирательства случившегося и отражались реальные стороны происходящих событий на фронтах.
А огненная стихия, превратившаяся сразу в священную войну, начиналась так.
В ночь с 21 на 22 июня сорок первого года, в тот самый час, о котором ранее сообщали некоторые наши разведчики и иностранцы-перебежчики, сто пятьдесят семь отборных немецких дивизий, давно размещенных вдоль советско-германской границы, образованной после разгрома Польши, по сигналу из Берлина буквально рванули броневыми потоками, огненной лавой на восток. Танковые клинья завоевателей раздвигали дивизии, армии и фронты, образуя огромные бреши, через которые двигалось все остальное воинство вермахта. Оно громило своей чудовищной мощью, опытом ведения крупных сражений, ненавистной жестокостью наши только что начавшие «запрягаться» части и подразделения, чтобы, по Бисмарку, в дальнейшем «ехать быстро». А пока отступали…
Итак, предупреждений было много.
Надо отметить, что Гитлер накануне войны издал не один приказ о начале боевых действий на Восточном фронте, а в запланированный день наступления его отменял. Так, на Западном фронте фюрер 27 раз подписывал приказы и 26 раз их отменял. Таким образом, он действовал и в отношении Советского Союза, что тоже вызывало некоторые сомнения и неверия среди партийно-политической верхушки.
