Констин Муравьёв – планетолог.
Валеран Муравьёв – его отец, механик.
Али, Джош, Сирогей – преступники.
Земляне 28-го века
Никодим Шатров – начальник космодрома Талгар.
Анта Симонова – оператор, впоследствии начальник космодрома.
Альберт Захаров – Верховный Координатор, он же наладчик оборудования текстильного производства.
Фаддей Мухин – Верховный Координатор, сменивший Альберта, учёный-океанолог.
Людмила Оленёва – актриса.
Хуан Маринельо – её муж, скульптор.
Макс Хорн – начальник космодрома Байконур.
Катрин Делакруа – историк.
Илона Гвердцители – композитор.
Ульдор Гончаров – врач.
Ноттиане
Бьяттериса – историк, культуролог, преподаватель.
Зендл, Нардинф, Антуол – физики, космологи.
Торуан – ученик Бьяттерисы, ментальный гений.
Другие
Веста Ниери – земная девушка из далёкого будущего.
Сега Фанторио- инопланетянка, художница, сначала наблюдатель, затем представитель Галактического Человечества на Земле.
Межзвёздная Дева – персонаж верований тиенлорских космолётчиков.
Великая река Обь широко, неторопливо плывёт таёжными краями, собирая притоки. Справа, издалека приходит Кеть – река тоже неслабая, хотя и малоизвестная. Не будем сравнивать её с Днепром, но уж Дону эта сибирячка мало чем уступит – хоть длиной, хоть полноводностью. А рыбой – превзойдёт многократно… И по её берегам, и на отдалении, в тайге, живут лесорубы.
Карелино было довольно крупным посёлком, с семилетней школой, амбулаторией, пекарней, клубом и библиотекой. Жили там не только лесорубы. И рос в семье учителей Нестеровых мальчишка Ярослав.
В пять лет он мечтал стать шофёром. Это же здорово – катайся на машине сколько хочешь! Потом он научился читать, сразу увлёкся чтением и стал подумывать о профессии библиотекаря. Когда его научили играть в шахматы, захотел стать великим шахматистом – гроссмейстером…
Между тем среди книг изредка попадались такие, которые увлекали больше всего. Это были книги о Вселенной, о грядущих полётах в космос, о планетах Солнечной системы. Он узнал, что Солнце – это просто звезда, причём, увы, не ахти какая. Даже так, уничижительно:
Была прочитана книга «Следы на камне», в которой Ярослав ещё не всё понимал, «Путешествия в Космос», беляевская «Звезда КЭЦ».
В «Пионерской правде» он наткнулся на заголовок: «Туманность Андромеды». Материал был не очень большой. Читать его Ярослав не стал – подумал, что это какая-нибудь научная заметка, в которой мало понятного. Но заголовок повторялся из номера в номер.
В центре газетной страницы была иллюстрация. Трое в скафандрах сидели в прозрачной башенке. Девушка – в кресле наблюдателя; сбоку от неё находился небольшой пультик, на котором она что-то переключала. Её товарищи расположились внизу, на кольцевом выступе основания башенки. Снаружи свирепствовала ночная буря…
В школе классная руководительница устроила опрос: кто кем хочет быть, когда вырастет. Большинство девчонок хотели стать артистками, певицами. Люда Варданян положила глаз на профессию учителя. Пашка Козлов собирался стать трактористом, как и его отец. Марчен – то есть, Шурка Марченко – сказал, что будет военным лётчиком.
Ярослав о профессии, завладевшей его душою, застенчиво промолчал. В десять лет он уже знал, что такое – непонимание толпы. Сказал только:
– Я не смогу стать кем хочу.
– Почему, Слава? – удивилась учительница.
Он чуть было не ответил: «Мало каши ел». Но, опасаясь общего смеха, промолчал. Учительница, немного подождав, разрешила ему сесть.
Это осталось в тайне: прочитав главу из романа Ефремова, десятилетний Ярослав захотел стать звездолётчиком!
Он был мечтательным, но в глубине души трезвым мальчишкой. У него имелись основания говорить о недостатке каши. Всегда плохо ел, что вызывало недовольство матери и сильное раздражение отца. Ярослава пробовали по часу и более не выпускать из-за стола – «чтобы всё съел». Ничем, кроме слёз, это не кончалось. Ну не лезла еда в рот, и всё.
К счастью Ярослава, у Нестерова-старшего было хоть какое-то утешение: сестрёнка Лера. Она ела хорошо, почти как отец. Правда, к сожалению, при этом оставалась девчонкой.
