– Значит, вы детектив? – холодно спросила Кэри.
– Нет. Хотя, наверно, пару раз случалось заниматься этим делом. Следите за дорогой. Осторожнее!
Автомобиль нехотя вернулся на дорогу. Она тряхнула головой, отбрасывая назад длинные русые волосы.
– Так кто вы такой?
– Я консультант по вопросам промышленной безопасности компаний.
Вряд ли она поняла, что это такое, но я не торопился с разъяснениями.
– Сейчас у нас одна цель – найти Ньюгорда. Вы согласны?
Она кивнула. Слава Богу, мы облако кончилось и внизу открылся Берген. Сельские земли длинными клещами охватывали его со всех сторон и уходили в сторону серого моря.
– Что будем делать? – спросила Кэри.
– Нужно попробовать еще раз поговорить с Руудом. Что вы у него спрашивали последний раз?
– Ну, просто... где механик Ньюгорд, куда ушел... И все.
А еще говорят, что женщины любопытны.
– Теперь попробуем мой метод. Насилия я применять не собираюсь, но что бы я ни делал и не говорил, не возражайте и не вмешивайтесь.
Она насторожилась, что меня не удивило – Бог знает, как здесь принято вести себя со старшими по возрасту. Но чуть помедлив, Кэри кивнула.
На этот раз открыл сам Рууд. Увидев нас вместе, он недоверчиво покосился на Кэри, потом перевел взгляд на меня.
Я придержал дверь, чтобы не пришлось звонить и стучать еще раз, и произнес как можно более официально:
– Насколько я понимаю, герр Ньюгорд здесь больше не живет?
Его глаза опять недоверчиво вспыхнули, челюсти зашамкали, и наконец он выдал:
– Да. Ньюгорд уехал.
– В таком случае от вас должно было последовать заявление на сей счет. Разрешите войти?
Он был настолько поражен, что совершенно забыл о намерении нас не пускать и отпустил дверь, которая со скрипом распахнулась.
Я пропустил его вперед.
Комната Рудда на первом этаже выходила окнами на маленькую бетонированную террасу, где в деревянных кадках росли чахлые кусты. Темноватая тесная комната была переполнена мебелью, вазами и картинами; Рууд явно не мог расстаться с этим старьем. Но в целом комната казалась на удивление чистой и опрятной.
Рууд привычно, ни разу ни споткнувшись, обогнул кресло, стол, торшер и сел на стул с высокой спинкой, выставив вперед свою деревянную ногу. Я расположился за небольшим старомодным столиком, покрытым тяжелой скатертью с кистями, разложил перед собой бумагу, достал ручку и принялся писать, не давая ему опомниться.
– Когда герр Ньюгорд поступил сюда?
– Перед Рождеством.
– То есть в декабре? Какого числа, не помните?
– Нет.
Кэри продолжала стоять, боясь что-нибудь опрокинуть.
– Вы подтверждаете, что он поступил сюда в декабре? – строго спросил я ее.
Она кивнула.
– Хорошо. – Я записал. – А когда он уехал отсюда?
Рууд нахмурился, кашлянул и буркнул:
– В субботу.
– Не помните, утром или днем?
Он зыркнул на меня.
– Утром.
– Хорошо. – Я записал и это. – Он был один?
– Что все это значит? – Вспышка раздражения выдавала его беспокойство.
– Ничего, просто формальности. Куда он направился? Это, конечно, не имеет особого значения.
Последовала долгая напряженная пауза. Кэри осторожно присела на валик дивана зеленого бархата, раздался скрип, напоминавший крик ночной птицы.
– По-моему, за ним пришла машина, – раздраженно буркнул Рууд.
– Такси?
– Не знаю. – Он снова начинал упрямиться.
Я спросил как можно спокойнее и равнодушнее:
– Он сам нес вещи?
Новая пауза, потом он сказал:
– Не знаю.
Я слышал, как Кэри не смогла сдержаться после столь очевидной лжи. Однако сделал довольное лицо – все пока шло, как я хотел.
– Отлично, – кивнул я и, взяв листок, прочел свои каракули: – "Герр Ньюгорд поступил в Дом моряка на улице Гильбрандсенс в декабре прошлого года. Уехал утром в прошлую субботу. Я не видел, как он уезжал. Куда он уехал, не знаю". Все верно?
– Я ничего не говорил, куда он уехал.
– А вы это знаете?
Чуть подумав, он раздраженно бросил:
– Нет.
– Тогда все равно. Подпишите, пожалуйста.
Я дал ему бумагу и ручку. Он взял их, посмотрел на листок, потом снова на меня.
– Почему я должен это подписывать?
– Разве это неправда?
– Да, но...
– Мы все поставим здесь свои подписи, как свидетели.
– Свидетели чего? – В его глазах мелькнул испуг. Он переводил взгляд с меня на Кэри, словно искал спасения.
– Свидетели, что это ваши слова.
Он скомкал листок, швырнул его в угол и сказал по-норвежски что-то очень интересное, судя по тому, как напряглась Кэри. Я встал.
– Ну, как хотите. Полагаю, вы знаете, на что идете. Тогда все, герр Рууд. Большое спасибо. Вероятно, до конца дня вы еще кое-что узнаете. – И я направился к двери.
– Постойте, я... – вдруг не выдержал Рууд.
Я обернулся.
– Да?
– Я знаю, куда он уехал.
– Вот как? Куда же?
– В дом для... для тех, кто пьет. Ну, понимаете?
– Вы хотите сказать, в лечебницу для алкоголиков? И где она находится?
– На Сазварстаде.
– Никогда не слышал.
Кэри пояснила:
– Небольшой остров напротив Ставангера.
– Отлично. – Я снова сел за стол и приготовил новый лист бумаги.
Когда мы отъехали, Кэри спросила:
– Зачем нужно было все это записывать и заставлять его расписываться?
