Жили они действительно в одном доме. И даже в одном подъезде. Только на разных этажах. Проснувшись в девять утра, Ксю поплелась в ванную. Она вчера домой вернулась в половине первого ночи. Все прошло неплохо. Коллектив попался дружный и готовый повеселиться. Люди с удовольствием участвовали в конкурсах, согласились сыграть импровизированный спектакль и под занавес устроили караоке. Только на следующий день тяжело подниматься, особенно если в полдень в детском развивающем клубе ждут Деда Мороза и Снегурочку. После вчерашнего корпоратива. Ксю умылась холодной водой, чтобы взбодриться, потом пошла на кухню для привычного кофе.
Телефон обрадовал сообщениями.
Она ничего не ответила. Она когда-нибудь все-таки удалит этот контакт. Из телефона и из памяти.
Лежи, что еще остается? Деда Мороза у них теперь нет. А праздник через три часа. И как быть?
Как-как… искать знакомого мужика. Ксю начала перебирать телефонную книгу. Знакомых массовиков-затейников у нее было человек семь, но, как назло, никто сегодня побыть Дедом Морозом не мог. Вернее, один мог, но вечером. А ей нужно днем. Другой тоже мог, но завтра. На завтра она договорилась.
Подошла к окну, посмотрела на свою малышку «Рено», вспомнила про варежку. Набрала сообщение.
Вот так и выяснилось, что они живут в одном подъезде. Он этажом выше.
И можно было, конечно, взять варежку, сказать «спасибо» и закрыть дверь. Но почему-то не хотелось.
– Как прошел корпоратив?
– Ксю.
Он остолбенел. Потом поправил очки и признался:
– Я не силен в языке моего праздника. Напомни, что у нас обозначает слово «ксю»?
– Мое имя. – Ей нравилась его реакция. – Ксения, но друзья зовут меня Ксю.
– Ясно. Геннадий.
– И все называют тебя крокодилом.
– С детства.
– Да, детство у тебя не задалось. Кофе будешь?
– Буду.
– Проходи.
Она готовила кофе, резала бутерброды, он с интересом осматривался. Кругом стояли корзинки с лентами, яркие разнокалиберные коробки со всякими мелочами: шариками, брелоками, бумажными колпаками.
– Рабочий реквизит, – прокомментировала Ксю.
А потом они пили кофе с бутербродами, и она думала, что, наверное, он не женат, раз так легко согласился на кофе. Значит, в квартире его никто не ждет.
– Я не видела тебя раньше, – сказала Ксю.
– Я жил в другом городе, а теперь получил новую работу и переехал.
– Ясно. А кем ты работаешь?
– Юристом.
– Не подходит, – ответила она.
– Почему?
– Мне нужен Дед Мороз.
Он пожал плечами:
– Бывает.
– Хотя… – Ксю начала его разглядывать, – может быть… Не хочешь на пару часов им побыть?
– Нет.
– Слушай, у меня Женька лежит, спину ему продуло. Я уже всех знакомых обзвонила, никто не может, а у нас праздник в детском центре.
– Нет.
– Тебе ничего не надо делать! – Ксю встала из-за стола и начала ходить по маленькой кухне, размахивая руками. – Просто стоять и подарки раздавать. Все! И отвечать на мои вопросы. Я все беру на себя, все конкурсы, все стихи и поздравления. Только скажешь: «Елочка зажгись», и вуаля!
– Нет. У меня в понедельник совещание, срывается крупный контракт. Миллионный. К нему сопроводительных документов числом пятьдесят. Все выходные работать.
Ксю снова села за стол и посмотрела жалостливо:
– А там детки ждут. Они же не виноваты, что Женьку скрутило, а? У тебя завтра будет целый день для миллионного контракта. Я на завтра уже договорилась, с другим Дедом Морозом по домам пойду и тебе даже не позвоню, вот клянусь.
– Нет.
– Геннадий, не будь крокодилом.
Как он согласился на эту авантюру – сам не понял. Просто в какой-то момент представил несчастных маленьких детей, к которым никто не придет, и вдруг услышал собственный голос:
– Ну хорошо.
А «Ксю – ваш праздник» тут же широко улыбнулась и скомандовала:
– Отлично, пошли мерить костюм. У меня запасной есть.
Он надевал красный халат, именуемый шубой, бороду, шапку и не верил, что действительно делает это. Он должен сейчас сидеть перед ноутбуком, читать договор и вносить правки. У него новая работа, новое начальство и миллионный контракт.
– Очки сними.
– Не могу.
– Почему?
– У меня минус пять, я без них не вижу.
– А линзы надеть?
– У меня на линзы аллергия.
– Ладно, – вздохнула Ксю, – будет у нас Дед Мороз в очках. – А потом изменила голос и спросила тоненько: – Что, дедушка, пойдем поздравлять детишек?
– Мне бы к себе подняться, внученька, – ответил он. – А то неудобно как-то в тапочках-то по городу.
