— Ну вот, передайте Ксении Владимировне и сами запомните, Марина Александровна: еще раз узнаю, что подрабатываете сарафанным радио — уволю. Без выходного пособия.
Девушка надувает губы и кивает. На лице выражение вселенской обиды и крайнего недовольства.
— Простите, Артём Валерьевич.
— Если я спрашиваю, то хочу услышать однозначный ответ — да или нет. Не более. Если вопрос не подразумевает иного.
— Я вас услышала.
Сгребаю со стола мобильный и выхожу из своего кабинета.
— К завтрашнему дню отчет по «Рассвету». Что там с окупаемостью? Я поехал в «Марк и Поло», договора заберу сам. Сегодня уже не приеду.
— А что с адвокатами?
— А что с ними? — останавливаюсь уже в дверях, кидая взгляд на секретаршу.
— Страховка, — округляет и без того большие глаза Марина. — Вы просили пересмотреть договор страховки. Правда, Дмитрию Михайловичу мы так и не сообщили, может, стоит…
— Нет. Серганову ни слова, а с адвокатами на встречу пойдет Саминский. Все новые условия я ему озвучил.
— Поняла.
Перед отъездом спускаюсь в гудящий отдел рекламы и к херам отметаю предложенные варианты.
— Никакой изюминки! Слоган не цепляет! Мне после вашей «хвалебной» песни-рекламы хочется отель пожалеть и закрыть!
— Но, Артем Валерьевич, мы за этот месяц уже перебрали с тысячу возможных вариантов, — тормозит меня почти на выходе из офиса голос директор отдела рекламы. — Может, стоит уже выбрать хоть что-то?
— Или, может, вам стоит поменять место работы? Раз за целый месяц вы не выдали ничего стоящего?
В кабинете повисла гробовая тишина. Как и всегда: глаза в пол, предложений ноль, амбиций, судя по всему, тоже. И какой это, к херам, креативный отдел? Ну, Серганов, говорил же, что надо менять работников!
— Мы вас поняли, Артем Валерьевич.
— Очень на это надеюсь. Думаем, друзья. Мозги включаем. Завтра хочу видеть что-то посерьёзней.
Выхожу с работы, набирая Димыча. Он подтверждает новость о возвращении дочери, зовет на ужин, но я тактично съезжаю с темы. Мы перекидываемся парой фраз по поводу работы, желаю хорошего вечера и отключаюсь. Для начала мне нужно поговорить с дочерью друга, что называется, тет-а-тет. Разговор с Сергановым тоже на повестке. Голову в песок прятать не привык. Поэтому сразу после встречи с Лией, когда пойму, в каком вообще мы движемся направлении, поговорю и с другом. Полагаю, сотрудничеству нашему придёт конец, как только он узнает, кто отец его внучки. Димыч в своей дочери души не чает, а я не самый правильный и хороший для нее вариант. Но и к такому я вполне готов, собственно, для этого и назначена встреча с адвокатами. Если уж идти на войну, то надежно прикрыв тылы. А в том, что она будет, я не сомневаюсь. Тем более, когда я озвучу другу свои намерения касательно нашего с его дочерью будущего.
На улице вовсю идет снег. Вообще ноябрь выдался малоснежным, зато декабрь компенсирует с лихвой, засыпая мегаполис. Очищаю лобовое от снега и забираюсь в промерзший за день кожаный салон. Даю машине немного прогреться и отъезжаю от работы, снова глубоко задумавшись.
Мне вполне хватило времени без Лии, чтобы мозг встал на место.
Тупой придурок!
