Секретарша. Поздравляю тебя, Новаторов!.. (Незаметно для себя переходит на особый, «драматургический» язык, которым в жизни никто не говорит, но который в пьесах и сценариях встречается часто.) Какой ты, Новаторов, у нас хороший!.. Индустриальный ты какой-то… ищуще-мятежный и… родной…
Посетители в свою очередь поздравляют Новаторова.
Из кабинета вышел директор.
Директор. Что за шум, а драки нету?
Новаторов. Изобрел я кое-что, товарищ директор, вот и шумят…
Директор (сухо). Опять? Ну-ну!..
Новаторов. Теперь, товарищ директор, я вас шпинделями завалю. Не будут больше шпинделя у нас узким местом!
Директор (после паузы, которую автор считает лучшим психологическим местом в данной картине). А кто тебя просил изобретать?
Новаторов. Дык как же… ведь я же… я думал узкое место на производстве…
Директор. Без тебя думаем. Машину мне, Клава: еду в министерство…
Директор отрывается от народа и уезжает в министерство. Посетители оживленно комментируют все происшедшее. Жалобно загудел заводской гудок, как бы подчеркивая, по мысли автора, что весь коллектив завода осуждает неправильное решение директора.
ВТОРАЯ КАРТИНАЦех на заводе. Опять-таки оформление разрешено сообразно поясу, к которому принадлежит данный театр. В театрах республиканского значения кое-что даже вертится, изображая станки в действии. Театры второго пояса изображают цех в обеденный перерыв, дабы избежать сложных механизмов. В театрах третьего пояса действие переносится в контору цеха, где стоят вдоль фанерных стен те же самые письменные столы, что и в приемной директора, но несколько в ином порядке.
Входят директор в сопровождении цехового начальства.
Директор. Ну-ну… Старайтесь, друзья, план я с вас буду требовать.
Старый рабочий (переходя на драматургический язык). План-то ты требовать умеешь, а вот помочь нам не желаешь!
Директор. В чем помочь?
Молодая работница. Со шпинделями у нас запарка, сами знаете…
Директор. Ну?
Подросток-ремесленник. Так вот Новаторов-то наш удумал, как с этим справиться…
Начальник цеха. Да, в отношении шпинделей желательно было бы…
Директор (багровея от гнева). Отставить! Сам знаю, что надо делать в отношении шпинделей!
Директор резко поворачивается и уходит из цеха.
Старый рабочий (глядя ему вслед, на драматургическом языке). Сломался наш директор… а ведь какой орел был!.. Э-хе-хе-хе!..
ТРЕТЬЯ КАРТИНАПриемная в министерстве. Посетители со всех концов страны. Входит директор, садится на диван.
Посетитель. Я извиняюсь, вы сами — москвич?
Директор. Допустим. А что?
Посетитель. Вот у нас на Урале говорят, будто бы есть у вас в Москве один такой директор, который не желает проводить в жизнь новое изобретение насчет шпинделей…
Директор. Я — этот директор, я!!
Посетители окружают директора и хором уговаривают его не отрываться от народа и применить изобретение насчет шпинделей. Но он отвергает их советы.
Входит консультант министра.
Консультант. По вопросу о шпинделях есть кто-нибудь?
Директор. Я — по вопросу о шпинделях…
Консультант. Пройдите к министру…
ЧЕТВЕРТАЯ КАРТИНАДиректор ужинает у себя дома. В комнате кроме директора жена, семилетняя дочь, полуторагодовалые близнецы и попугай в клетке. Жена вздыхает, но молчит. Дети молча же глядят на отца. Попугай то поглядит на директора, то перекувырнется в своей клетке.
Семилетняя дочь (после глубокого вздоха). Папочка, а что бы тебе, на самом деле, не применить этих… делепиншев?
Жена. Не делепиншев, а — шпинделей, Валя! (Вздыхает и всхлипывает.) О-хо-хо-хо-хо…
Директор. Что — «о-хо-хо»?! Может быть, и ты теперь?..
Жена. Нет, что ты… разве ж я что… (Плачет.)
Близнецы (вместе). Папонька, запусти спинделецки, ну сто тебе стоит?!..
Директор. Вот я вас, пострелята!
Попугай (из клетки). Шпиндели надо запускать, шпиндели надо запускать, о-хо-хо-хо!..
Директор. А, проклятая тварь! (Бросает в попугая чайником.)
Попугай (перекувырнувшись три раза). Шпиндели, о-хо-хо-хо!..
Жена. А что бы тебе, Вася, и на самом деле запустить бы эти проклятые шпиндели?.. (Рыдает.)
Дети заплакали все сразу. Попугай вздыхает.
Директор (рвет на себе ворот). Дура! Какая сейчас картина?
Жена (сквозь рыдания). Че… че… четвертая…