С привкусом пепла полностью

1. 23 января, 1942 г. Взорван ж/д мост близь села Красный Колодец. За два дня до этого приказом немецкого командования охрана моста значительно ослаблена. Повреждения путей незначительны, мост не пострадал, но немцы не возобновляли движение составов в течении четырех суток.2. 12 февраля, 1942 г. Группа неизвестных обстреляла отряд народной милиции в поселке Погребы. Бой продолжался более получаса. Погибло семь милиционеров, двенадцать получили ранения. Немецкий гарнизон, охраняющий станцию, не пострадал и помощи не оказывал.3. 30 февраля, 1942 г. Колонна народной милиции, скрытно, под покровом ночи выдвинувшаяся на Борщово, попала в засаду. Погибли тридцать два бойца, восемь попали в плен. Операция начата по приказу майора Эриха Кляйна. Между приказом на выдвижение и уничтожением колонны прошло два часа пятнадцать минут.4. 8 марта 1942 г. Нападение на немецких заготовителей около деревни Крупец. По сообщения очевидцев сильная стрельба продолжалась около пяти минут, доносились взрывы гранат. Части народной милиции были подняты по тревоге, но дорога на Крупец оказалась заблокирована немецкой жандармерией. Через полчаса по направлению к Локтю проследовали два грузовика с убитыми и ранеными. В локотскую больницу ни один раненый доставлен не был, всех увезли в Орел, за 182 км. по разбитым дорогам.

М-да, мутные делишки. С другой стороны на войне чего только не случается. Где гарантии, что все эти операции - дело рук одного отряда? А никто этого и не утверждает. Твоя задача выяснить, найти связь. Ну привиделось в этих операциях Каминскому нечто странное. Так у него с башкой нелады, мания преследования, усугубленная манией величия. Ему бы не новую Россию строить, а в клетке студентам показываться. Временной промежуток январь-март, это уже кое-что. Надо Маркова спросить. Ага, так он тебе все и сказал. «За Родину» под подозрением у Каминского, что если Марков стоит во главе отряда-обманки? Весь такой простой, бесхитростный, идеальная маска. Думай, Витя, думай, крути. Придется попотеть. А времени совсем не осталось…

Через час их обогнала колонна грузовиков. Первым за спиной показался приземистый, похожий на черепаху, гусеничный бронетранспортер. Немецкий солдат за пулеметом пристально смотрел на лес через линзы противопылевых очков, готовый в любую секунду залить огнем придорожные заросли. За броневиком, фыркая дымом и рыча моторами, шли восемь крытых грузовиков. За двумя на прицепе полевые орудия. Солдаты в серой форме вывешивались из кузовов и кричали Аньке всякие пошлости, призывно размахивали руками. Лошади испуганно жались к обочине и косились налитыми кровью глазами. Замыкающим шел второй броневик, выпустив на прощание в лицо облако вонючего, мазутного чада. Первые ласточки «Фогельзанга.»

И с каждой минутой ласточек становилось все больше. Перекрестки лесных дорог щетинились земляными дзотами, пулеметами и колючей проволокой. Моторизированные колонны венгерских и немецких солдат шли одна за другой. Раскатами отдаленного грома доносились артиллерийские залпы. На севере поднимались клубы черного дыма. В зените надсадной стрекозой повисла вездесущая «Рама». Дважды над головами прошли звенья «Юнкерсов», роняя смертоносный груз где-то в лесу.

По пути их останавливали для проверки документов, дважды - хмурые полицейские и единожды - немцы. Проблем не возникло. Анна вела себя вежливо, Зотов молчал, но сердечко каждый раз екало. Когда, наконец, свернули с дороги на просеку, не удержался и пошутил:

– Ну что, боец Ерохина, мы теперь на одной стороне?

– Кровати? – выгнула бровь дугой Анька.

– Кровати и вообще. Каминский велел ввести меня в курс твоих дел.