Он коснулся моего подбородка, вынуждая посмотреть ему в глаза.
— Мне очень жаль, Энди.
Он назвал меня Энди. Моя спятившая подруга, якобы похищенная в детстве инопланетянами, утверждала, что я полюблю мужчину, который будет называть меня Энди. И, черт бы все побрал, была права. Жаль, что, когда дело раскроют, я больше никогда его не увижу.
Внезапно Себастиан посмотрел на мои губы. В ответ на его взгляд все тело завибрировало. Он провел пальцем по моей нижней губе, и время остановилось. Образно выражаясь.
Из эйфории меня вывел писк сотового. Как будто с неохотой, Стренд опустил руку и нетерпеливо схватил со стола телефон.
— Да! — рявкнул он в трубку и пошел в ванную, чтобы поговорить без свидетелей.
Ну неужели он ничему не научился? Я ведь могу в любой момент «нырнуть» и подслушать разговор. Впрочем, ничего такого делать я не стала. Лучше избавиться от плохой привычки, пока все не вышло из-под контроля. Придушить в зародыше, как выразилась бы моя спятившая подруга Минди.
Через несколько минут Себастиан вернулся. На этот раз в свободных джинсах. Однако, кроме штанов, не было больше ничего. Ни носков, ни футболки… Господи, держите меня…
— Нашли, — сказал он и опять сел рядом со мной.
Кровать под ним скрипнула, матрас продавился. Даже гравитация хотела, чтобы я оказалась поближе. Я подтянула колени к груди. Это был мой собственный защитный механизм — я защищала Себастиана от себя.
— Замечательно.
Он тихо рассмеялся:
— Ты хоть знаешь, о чем речь?
— Не совсем, но новости, похоже, хорошие.
— Очень хорошие. И все благодаря тебе.
— Это плюс. Обычно я по ту сторону баррикад, которая симпатии не вызывает.
— Нашли химическую бомбу.
Я мигом села.
— Нашли? Как?!
— До наших дошло, что активация бомбы была назначена на завтра. В церкви со статуей Полуденную Евхаристию проводят по четвергам. Так что времени практически не осталось. И все-таки вокруг церкви разместили камеры видеонаблюдения. Бомба нашлась случайно. Оказывается, Винс уже спрятал ее там, чтобы его не взяли вместе с ней.
— А бомба точно одна?
— «Адепты» точно привезли в страну только одну. Но скоро у нас будет больше информации. Винса держат в КПЗ. А благодаря твоему описанию машины Юсефи тоже попался. Он остановился в Олбани купить заднюю фару. Там его и приняли за угон.
— Не может быть! — Я ушам своим не верила. Все разрешилось так легко! — Это… это же… — У меня не было слов.
Впервые с момента нашего знакомства Себастиан по-настоящему, широко улыбнулся и закончил за меня:
— Удивительно.
От невыразимого облегчения, что теперь с ним все будет в порядке, я бросилась к нему и крепко-крепко обняла. Он тоже меня обнял, и я растаяла в сильных теплых руках.
— Только мы никак не решим, что с тобой делать, — сказал он мне в волосы.
Я отстранилась.
— В каком смысле?
Уголок его рта игриво приподнялся. Господи, я обожаю эту полуулыбку!
— С одной стороной, — неторопливо начал Себастиан, — ты представляешь угрозу национальной безопасности.
У меня отвисла челюсть.
— Как я могу представлять угрозу национальной безопасности?
— Ты можешь встать возле Белого дома и узнать все, что там происходит. Представляешь, что можно сделать с такой информацией?
— Не очень.
— Вот и хорошо. — Даже в голосе Стренда звучала улыбка, от которой хотелось сойти с ума. — С другой стороны, — продолжил он, — ты можешь стать потрясающе полезным приобретением.
— У меня почасовая оплата, — притворно огрызнулась я, — и я требую полный соцпакет.
Как бы там ни было, хотела я только одного. Себастиана. Где-то на задворках сознания жужжала мысль, что уже завтра меня могут посадить за решетку. Как только кто-нибудь хорошенько подумает о моих способностях, меня тут же объявят угрозой национальной безопасности. Я никогда не думала о своем даре в этом смысле, но Стренд прав. Прекрасно. Меня и правда могут надолго сослать в Гитмо.
Тишина затянулась, но Себастиан наконец ухмыльнулся:
— Есть у меня ощущение, что ты можешь требовать чего душа пожелает.
Ох, как же он ошибался!
— Ты успела понравиться моему боссу.
— Это хорошо. Потому что самолетик мне приглянулся.
— За тобой уже едут.
Я отшатнулась:
— Как? Уже? Но я думала…
— Раз уж все закончилось, начальство не видит причин и дальше держать тебя здесь. — Себастиан встал и начал собирать мои вещи. — Я отправлюсь в штаб писать отчеты, а потом получу новое задание.
— Ясно.
Сердце рассыпалось на осколки. Честное слово, я самое жалкое создание на земле. В конце концов я слезла с кровати и стала помогать. Не то чтобы вещей было много. Точнее всего пара шмоток.
— Одежду мне вернут?
— Не знаю. Честно говоря, мне нравится, как ты выглядишь.
Отобрав у него блузку, которую носила три дня, я осмотрелась по сторонам.
— Почему штаны забрали, а блузку нет? И где моя куртка?
— В химчистке. Она была вся в грязи.
Руки пытались чем-то заняться, но делать было нечего. Я должна уехать. А раз так, то наверняка больше никогда не увижу Себастиана. От одной только мысли ныло в груди. Как меня угораздило к кому-то привязаться за такое короткое время?
