— Тогда вперед, — согласилась Мира. — Она ведь и меня провела… Вспомним старые добрые времена.
Арим поколебалась, потом подошла ко мне.
— Ты никогда больше не увидишь меня такой, какая я есть, — печально проговорила она.
Я прижал ее к себе и поцеловал.
— Будь умницей, я на тебя полагаюсь.
— Я жду, поторопитесь, — не слишком приветливо заметила Мира.
Арим прижалась ко мне, потом резко оттолкнула меня.
— Отвернись к окну, — попросила она. — Мне нужно раздеться.
Я отвернулся, но не прошло и десяти секунд, как дверь неожиданно распахнулась и вошел Кленси. Он был само сочувствие.
— Так она умерла, да? — сказал он. — Мне очень жаль, старина…
Я бросил быстрый взгляд на кровать и содрогнулся. Мира и Арим бок о бок лежали на койке, их белые волосы разметались на подушке. Хотя я и знал, что происходит, зрелище было не для слабонервных.
Кленси увидел их в тот же момент. Он заморгал, потом прикрыл глаза рукой. Посмотрел сквозь растопыренные пальцы еще раз и смертельно побледнел.
— Она прекрасна, не так ли? — сказал я, решив пойти на обман.
Кленси что-то невнятно забормотал. Его лоб взмок от пота. Инспектор подошел к кровати и угасшим голосом сказал:
— Да, но это не то зрелище, которым я хотел бы любоваться каждый день.
— И я тоже, — охотно согласился я. — Но вид у нее счастливый.
— Похоже, ты прав, — Кленси присел на край кровати. — Но мне кажется, глаза меня обманывают. Ведь на кровати две девушки, не так ли?
— Нет, — решительно соврал я. — Только одна.
— Я так и думал, — вымолвил инспектор жалобно. — Должно быть, переутомился на работе.
— Будет лучше, если вы найдете укромный уголок и поспите немного.
— Да, да, но я не уверен, что здесь найдется такое место, — ответил инспектор и пошел к двери, едва волоча ноги. Я повернулся как раз вовремя, чтобы увидеть, как Арим возвращается в Миру.
— Страшно рад, что вы это сделали, — произнес я, вытирая пот.
Мира села на кровати.
— Подожди меня, — сказала она. — Я буду готова через несколько минут.
— Не нужно, чтобы нас видели вместе, — сказал я, выходя в коридор.
Кленси сгорбившись сидел на стуле и прятал лицо в ладонях. Двое полицейских смотрели на него с беспокойством.
— Что это с ним? — поинтересовался я.
— Сами не знаем, переутомился, скорее всего.
Я дошел до конца коридора и остановился в ожидании. Через несколько минут знакомый голос сказал мне в ухо:
— Идем!
Мы пришли к городскому моргу без четверти двенадцать. Нас встретил худой старикашка с густыми усами под хищным крючковатым носом.
— В чем дело? — осведомился он недружелюбно.
— У вас имеется тело, которое я хотел бы осмотреть, — сказал я, предъявляя журналистское удостоверение.
Сторож оттолкнул удостоверение презрительным жестом.
— Приходите завтра, — буркнул он и снова уткнулся в газету.
— Минутку! Мне нужно видеть этого парня немедленно.
Охранник удивленно уставился на меня сквозь стекла очков.
— Кто ходит туда ночью! Убирайтесь! — потребовал он.
Я повернулся к Мире.
— Еще один приятный и услужливый парнишка. Может быть, будет лучше, если ты сделаешь с ним что-нибудь. Времени в обрез.
Было без десяти двенадцать.
— Это мое дело! — заявила она и тут же исчезла. На том месте, где она до этого стояла, осталась лишь кучка одежды со шляпой наверху и парой маленьких туфель рядом.
Я закурил сигарету и принялся с любопытством наблюдать за реакцией сторожа. Он медленно встал и остекленевшими глазами уставился на кучку одежды.
— Поразительно, и как эти миниатюрные девушки умудряются проделывать такое, — заметил я небрежно. — Немного шелка здесь, немного там — и вот, пожалуйста, потрясающий ансамбль.
— Где она? — прошипел сторож, откашлявшись.
— В морге, разумеется, но она скоро вернется.
Старик испустил долгий вздох и свалился на свой стол. Удивительная для такого возраста реакция. Оставив старика на его посту, я подошел к двери. Из темноты навстречу мне брел спотыкаясь Док Анзел.
Я подбежал к нему и сердечно обнял.
— Док! — воскликнул я. — Какое счастье снова вас видеть!
— Займись им, пока я оденусь, — послышался голос Миры. — Он все еще немного не в себе.
— В этом нет ничего удивительного, — произнес Док, пожимая мне руку. — Я участвовал в очень трудном эксперименте.
Сторож все еще лежал за стойкой. Однако при нашем появлении он поднялся и внимательно посмотрел на нас.
— Этот труп не будет вам больше докучать, — сообщил я сторожу. — Я беру его с собой и угощу приличным обедом.
Мира оделась в мгновение ока.
— Идемте, Док, — предложила она, беря его за руку, — поскорее покинем это место.
Увидев, что мы уходим, сторож испустил еще один глубокий выдох и без чувств распростерся на полу.
Не вижу веской причины, по которой можно было бы задерживать ваше внимание дальше. Дойдя до этой части повествования, вы, может быть, решили, что Мэддокс, так и не оценивший по заслугам моего репортажа, отправил меня в сумасшедший дом. Спешу известить, что этого не случилось единственно по той причине, что я вовремя покинул Нью-Йорк.
