— Мне говорил об этом комиссар. Он знал, что я знаком с ним, и хотел, чтобы я получил от него некоторые разъяснения. Я должен был прийти к нему завтра.
Инглиш вынул сигару изо рта и стряхнул пепел на пол.
— По какому поводу объяснения?
Морили отвел глаза.
— Он пытался вымогать деньги кое у кого.
Инглиш внимательно посмотрел на него.
— Вымогать?
— У двух или трех клиентов, на которых работал в прошлом году. Они жаловались в центральную полицию. Я очень огорчен, что вынужден говорить вам это, мистер Инглиш, но он должен был лишиться лицензии на будущей неделе.
— Потому, что выманивал деньги у своих клиентов? — холодно уточнил Инглиш.
— Он, вероятно, был действительно на мели. Он угрожал одной из своих клиенток. Она не захотела принести официальную жалобу, но, сказать по правде, это был настоящий шантаж.
Инглиш крепко сжал челюсти.
— Мы поговорим об этом позже. Не хочу больше вас задерживать.
— Очень хорошо, мистер Инглиш.
Когда Инглиш выходил из комнаты, Морили добавил:
— Я узнал, что ваш протеже выиграл состязание. Примите мои поздравления.
— Это верно. Кстати, я сказал Винсу, чтобы он держал пари за вас. Сто долларов, которые принесли вам триста. Зайдите завтра к Винсу, он отдаст вам выигрыш.
Морили покраснел.
— Это очень любезно с вашей стороны, мистер Инглиш. Я как раз собирался сделать ставку, но…
— Но у вас не было на это времени. Я знаю это. Так вот, я о вас не забыл. Я люблю оказывать услуги друзьям. Я рад, что вам удалось выиграть.
Он прошел через приемную, в коридоре сделал знак Чику и направился к лифту. С порога помещения Морили и два детектива смотрели, как лифт спускается вниз.
— Похоже на то, что это не очень огорчило его, — сказал один из детективов, возвращаясь в кабинет.
— А чего ты ожидал? — возразил Морили. — Что он потонет в слезах?
Инглиш лишь один раз, случайно, видел жену Роя на коктейле, и это было год тому назад.
Он вспомнил молодую женщину девятнадцати лет с пронзительным голосом и лицом куклы, у которой была ужасная манера называть всех «душенька». Но весьма вероятно, что она была влюблена в Роя, и, сидя в «кадиллаке», Инглиш думал, существует ли вообще любовь? Очень уж неподходящим объектом для нее представлялся Рой.
— Мы приехали, шеф, — неожиданно вклинился в мысли Инглиша Чик. — Белый дом рядом с фонарем.
Он замедлил ход и остановился у тротуара перед маленьким бунгало.
На первом этаже одно окно было освещено. Инглиш вышел из машины, поеживаясь от холодного ветра. Он оставил свою шляпу и плащ в салоне и швырнул недокуренную сигару в канаву. Несколько секунд он сердито и удивленно рассматривал дом.
Дня человека, до такой степени стесненного в деньгах, Рой выбрал себе довольно роскошное жилье. «Никакой ответственности за свои поступки, — с горечью подумал Инглиш. — Он всегда удовлетворял свои желания, не заботясь о том, как их оплатить, это его мало беспокоило…»
Инглиш толкнул калитку и пошел к входной двери по аллее, окаймленной розовыми кустами и жонкилями с нарциссами.
Он нажал на пуговку звонка и услышал его треньканье в доме. Звонок действовал на нервы, и Инглиш невольно поморщился. Через несколько минут дверь приоткрылась, удерживаемая лишь цепочкой.
— Кто там? — спросил резкий женский голос.
— Ник Инглиш.
Он услышал удивленное восклицание.
— Брат Роя, — объяснил он, обозленный, что вынужден связывать себя с непутевым родственником.
Цепочка была снята, дверь открылась, залив площадку ярким светом.
Корина Инглиш ни на йоту не изменилась с того дня, когда он ее видел. Он подумал, что и в тридцать лет она останется такой же. Это была очень светлая блондинка маленького роста, и ее хорошо сложенная фигура имела соблазнительные выпуклости. На ней под черной пижамой было надето розовое шелковое дезабилье… Увидев, что ее рассматривают, она быстро подняла руки к своим золотистым локонам и стала поправлять их, глядя на него широко раскрытыми голубыми глазами младенца или куклы.
— Добрый вечер, Корина, — сказал он. — Я могу войти?
— Понимаете, я сама не знаю, — ответила она. — Рой еще не вернулся. Вы хотели его видеть?
Он с трудом сдержал раздражение.
— Я думаю, мне лучше войти, — проговорил он как можно любезнее. — К несчастью, у меня для вас неприятная новость.
— А! — ее большие глаза раскрылись еще больше. — Может быть, вам лучше обратиться к Рою. Я не люблю узнавать о неприятностях. Рой никогда не доставлял мне их и не любит, когда мне о них рассказывают.
— Вы здесь простудитесь, — сказал он, делая шаг вперед и тем самым заставляя ее отступить в сторону. Он закрыл за собой дверь. — К тому же я боюсь, что это известие касается вас, только вас одной.
Ее кукольное личико сморщилось, но прежде чем она успела заговорить, он направился к одной из дверей.
— У вас здесь гостиная? Давайте сядем.
Она провела его в большую комнату, в которой довольно дешевая, но модная мебель выглядела неплохо.
Огонь в камине почти погас. При этом тусклом освещении Инглиш все же заметил, что ее одежда изрядно потерта на локтях и у шеи.
— Будет лучше, если мы дождемся Роя, — сказала она, сжимая и разжимая свои маленькие руки.
