С/с. Том 4 полностью

— Ну, нет! — возразил он. — Только не бросайтесь в объятия первого попавшегося шалопая. Вы с вашей храбростью можете далеко пойти, если будете рассудительны и сможете постоять за себя. Вы старались помочь мне, теперь наступила моя очередь сделать что-нибудь для вас. — Старик вынул из кармана халата большой конверт и положил его на плед. — Мне пришлось долго спорить со своими доверенными, которые думают, что я сумасшедший, но все же я убедил их выделить деньги для вас. Я хочу, чтобы вы взяли эти деньги. Не будьте слишком гордой! — и он бросил конверт на колени сидящей перед ним Сьюзен. — Не открывайте его сейчас, не надо. Здесь, правда, не слишком много, но все же хватит, чтобы некоторое время чувствовать себя независимой.

— О… я, право, не знаю… — Сьюзен залилась краской. — Вы понимаете… Джос платил мне. У меня даже осталось немного денег.

— Ну, не будем спорить из-за такой малости. Возьмите это как гонорар за работу детектива, которым вы и были во всей этой истории.

В этот момент дверь распахнулась, и доктор без стука вошел в комнату.

— Настало время для небольшого отдыха и сна, — несколько глуповато улыбнулся он. — А после этого мы как раз будем готовы для легкого обеда.

— Вы слышали когда-нибудь подобную чепуху? — пожимая плечами, спросил Вайдеман у Сьюзен. — Но мне придется выполнять каприз этого типа.

Сьюзен встала.

— Спасибо, мистер Вайдеман, — начала она, но старик поднял руку.

— Идите же, дитя мое, и приходите снова, если вам понадобится помощь. Если же я вам не понадоблюсь, оставайтесь там, где больше нравится. Этот дом — совсем неподходящее место для молодой и красивой девушки.

Сказав это, Вайдеман помрачнел. Казалось, что перед его глазами опустился видимый лишь ему одному занавес.

— Уведите эту женщину, — хрипло приказал он. — Кстати, кто она такая?! Что она здесь делает? Я хочу видеть Корнелиуса! Разыщите его, скажите, чтобы он пришел!

Доктор Эджели деликатно, но твердо проводил Сьюзен из комнаты и запер дверь на ключ.

— Вы сами видите, мистер Вайдеман нездоров. У него часто бывают такие приступы. Иногда он несколько дней совершенно нормален, а потом снова начинает требовать, чтобы привели его брата.

Сьюзен, совершенно ошеломленная, не знала, что сказать.

— Но… он, по крайней мере, счастлив здесь? — умоляюще посмотрела она на врача.

— О, да. На этот счет не беспокойтесь. Вы сами найдете дорогу, или вас проводить? Я должен вернуться к больному.

— Конечно, доктор. Я знаю, как идти.

В холле Сьюзен остановилась, чтобы заглянуть в конверт, подаренный ей Вайдеманом. На розовом чеке, подписанном управляющим банком, стояла сумма в пять тысяч фунтов стерлингов.

Несколько минут девушка в недоумении разглядывала чек и думала о том, что Вайдеман действительно очень добр.

Нетерпеливый звук клаксона полицейской машины заставил ее вздрогнуть. Она быстро положила чек в сумочку. Вот и независимость! Можно будет открыть даже собственное дело… Что если купить маленький магазин, или открыть контору частного сыска…

Снова раздался сигнал, еще более нетерпеливый, чем первый.

Сьюзен открыла входную дверь и бегом спустилась по ступенькам к машине, где ее ждал сержант Адамс.

Последний вагон поезда, увозившего Энн, скрылся в утреннем тумане, и Кен Холанд остро почувствовал свое одиночество. Он медленно пошел по перрону к выходу, пытаясь убедить себя, что поступил правильно. Действительно, не каждый день его мать предлагала Энн погостить в Лондоне, поэтому нельзя было упускать такой возможности.

Энн сначала хотела отказаться: она и подумать не могла оставить Кен дома одного, но Кен сказал, что в конце концов, уборщица-мулатка приходит каждый день, и если она даже забудет приготовить обед, ничего страшного не случится — можно пообедать и в ресторане. Но Энн очень переживала, представляя, как ее несчастный муж останется один и будет тянуть лямку в банке в то время как она развлекается и бездельничает в Лондоне.

— Пойми, дорогая, — убеждал Кен жену, — такой случай представляется один раз в жизни. Может быть, тебе уже никогда больше не придется съездить в Лондон. Кроме того, я не собираюсь скучать без тебя: увижусь со старыми друзьями, схожу в какое-нибудь ночное кафе и вернусь домой, когда захочу. Может быть, даже напьюсь!

Энн слушала мужа со снисходительной улыбкой: она прекрасно знала своего Кена. Он будет чувствовать себя несчастным. Мало того, что он ни разу не опоздает, и станет возвращаться домой в установленный час, а потом, поработав в саду, устроится перед телевизором, мало этого! Обед его, конечно, ограничится банкой консервов!

И все же Кен уговорил ее уехать, и теперь, когда она согласилась, чувствовал себя одиноким и никому ненужным.