Сталкеры шли, а Колян потихоньку приспосабливался к новой жизни, новым ощущениям. Но какая-то атмосфера тревоги висела в воздухе, не давая сосредоточится.
— Не спи! Колян! Справа «трамплин», — запоздало предупредил Толян.
— Како… — Коляна резко дернуло в сторону и слегка подкинуло вверх, — …го хера!
— Аномалия такая, смотреть надо! Хорошо, что на Кордоне все слабые и разряженные почти. Повезло.
С каждым шагом могильник открывал все свое безобразное великолепие. Несколько десятков «каруселей» гудели, кружили в своих вихрях килограммы мусора, непрерывно разряжались и вновь раскручивали смертоносные вихри. Как раз в тот момент, когда компания подошла к могильнику вплотную, из кустов вылетела плоть и со страху, не разбирая дороги, помчалась прямо в ловушку. «Карусель» мгновенно подхватила жирную тушу, яростно раскрутила и разорвала в фарш. Толян уже знал, чего ожидать и сделал несколько шагов назад, потащив за собой и Коляна. Журналист Петик увлеченно снимал, повизгивая от восторга. Поэтому неудивительно, что именно он оказался в эпицентре кровавого дождя из мелконарубленной плоти. За долю секунды моднявый прикид журналюги превратился в одеяние маньяка из фильма «Техасская резня бензопилой». Несколько секунд Петик тупил, не веря в такую подставу, потом тоненько, по-девчачьи завизжал и бухнулся в обморок.
— И что теперь? — спросил Толян у Коляна. — Может, пожрем, пока он отдыхает?
— Бр-р… Ну, его туды-растуды. А что за колобок рванул? — передернув плечами, Колян пошел оттаскивать бездыханного обморочника в сторону.
— Не колобок, а плоть. А взорвалась оттого, что попала в аномалию. Почти как ты! Только аномалия поинтересней и помощней. Зря оттаскиваешь, пусть лежит. — Толян присел на ствол поваленного дерева и, достав из рюкзака хавчик, приступил к трапезе.
Колян послушал ведущего и, бросив «окровавленного» Петика, присел рядом с Толяном.
— Ну что, не хочешь постебаться над этим? — сталкер подбородком указал в сторону журналиста.
— По… что? — новичок поперхнулся. — Пое…
— Да не, поржать, ну прикольнуться! — помотав головой, ответил Толян. — Снорков видел? Нет, конечно же. Так вот, сейчас давай мне рюкзак… А противогаз есть?
— Че за… норки? Есть, «слоник», а что? — парень заинтересованно уставился на Толяна.
— Вот смотри: снорки — это полутрупы, какие какого-то хрена прыгают и рычат, пытаясь забить жертву конечностями. А ты, мил человек, сейчас будешь его изо всех сил изображать. — Толяна уже распирало от смеха. — Надевай противогаз, да, и грязи немного на куртку намажь, чтоб эффект был.
— Ну… ладно. А он ничего нам не… Ну, это? — Колян натянул противогаз, теперь голос, искаженный мембраной, звучал глухо.
— Во-от! А теперь на карачки и пару кругов, чтоб освоился. — Толян уже вовсю стебался над непонимающим Коляном. — Заодно маскировке научишься! Все, шабаш!
Толян поднял калаш и дважды нажал на спуск. Одиночные выстрелы разорвали тишину могильника. Сталкер затряс журналиста за плечо — никакого эффекта, зато хлесткая пощечина сделала свое дело.
— А-а-й! Извращенец! — завизжал Петик.
— Журналист, тут снорк, твою мать! — сделав суровое лицо, рыкнул Толян.
— Ка… — Петик держа в руке камеру и тыча пальцем вперед, дико заверещал.
На пригорке показался «мутант». Хобот противогаза мотался по сторонам, в такт прыжкам Коляна, а вот с грязью он переусердствовал, хотя… Деря горло и при этом, прыгая по-лягушачьи, Колян пытался извлечь из себя звериный рык. Удалось! Журналист снова упал в обморок.
— Все, все, Колян! — держась за бока и задыхаясь от смеха, Толян похлопал по плечу грязного и тяжело дышащего парня. — Фу блин! Да он еще и обоссался!
Пока Колян чистил от грязи куртку, Петик снова пришел в себя и завозился, поднимаясь на дрожащие конечности.
— На меня пытался напасть какой-то сумасшедший бомж, — прохныкал он. — Спасибо, друзья, что защитили мою дорогую жизнь!
— Еще раз назовешь меня другом, получишь в торец, — хором сказали Колян и Толян и заржали, как боевые кони Александра Македонского. Эта ходка им обоим уже начинала нравиться.
— Куда теперь? — с энтузиазмом спросил Колян.
Толян подумал с минуту и тихо ответил:
— Тут неподалеку, есть пси-аномалия, сам в нее один раз вляпался. Приходы — мама не горюй! Хочу посмотреть на это дело со стороны, не являясь непосредственным участником. А если заснять упоротого аномалией Петика на видео, мы с тобой станем звездами ютуба.
Толян повернулся к Петику, который двумя пальчиками счищал с себя мозги и кишки плоти.
— Эй, мясник-недоучка, пошли, покажем редчайшую аномалию. За такой сюжет тебе сразу премию отвалят и станешь Главным Журналистом Всея Руси.
Петик сразу бросил гигиенические процедуры и заинтересованно поскакал за сталкерами, рассыпаясь в благодарностях и воняя мочой.
— Пришли, — показал Толян журналисту на синее марево, что загадочно и влекуще трепетало меж елок. Потом тихо предупредил Коляна:
— Ближе чем на десять шагов не подходи, а то накроет. И приготовь ПДА к режиму съемки, ща будет сталкерское кино.
Колян расплылся в улыбке — ну Москва, держись!
