Мы оба перешли стрельбу длинными очередями и двинулись вверх по лестнице. В отличие от тихого и пустого первого этажа, второй кишел крысами. Они как сумасшедшие накинулись на нас, заставив отступить в одну из комнат, где мы и забаррикадировались.
— Как, черт возьми, будем выбираться? — спросил я. Комната была глухая, без окон, и меня начал одолевать приступ клаустрофобии.
— Бросим гранату и понадеемся на авось?
— Костя, будь серьезнее. Что будем делать?
За дверью визжали и царапались крысы.
— Молотов? — спросил Костя после минутного раздумья.
— Думаю, сработает, — воодушевился я и полез в рюкзак. У меня еще завалялось немного в бутылке из-под водки. Костя нашел кусок тряпки и затолкал в горлышко. На счет три мы подожгли тряпку и выбросили бутылку в коридор. Полыхнуло пламя, которое быстро распространилось по коридору и разбросанной изломанной мебели. Мы рванули на третий этаж, не думая, пока не сообразили, что оказались в ловушке. Весь второй этаж был в огне.
— Тайник, возможно, был там, — сказал я, переводя дыхание.
— Твою мать! Не мог сказать раньше?
— Не мог, я бежал.
— Нам стоит поторопиться, пока пожар не перешел на следующие этажи. — Костя был раздражен и сползал в кислое настроение.
— Может, не перейдет, — оптимистично ответил я, но Костю это не убедило.
Я вошел в одну из комнат и сразу увидел какой-то ящик на полке в раздолбанном шкафу. Взяв в руки коробку, я попытался открыть ее, но вдруг почувствовал чье-то легкое дыхание на своей руке. Посмотрел вниз и увидел ребенка, смотрящего на меня. Девочку. Горло мое перехватило, я не мог вымолвить ни слова, не мог даже пошевелиться. Моргнул, и девочка исчезла. Легкие ломило от недостатка воздуха, сам не заметил, что перестал дышать. Я медленно вдохнул и осмотрелся. В комнату внезапно вошел Костя, и я чуть не пристрелил его.
— Успокойся, чувак. Что с тобой случилось? — воскликнул напарник, отступая.
Я не мог ничего сказать. Просто посмотрел на него, потом на ключ в моей руке.
— Что это? — спросил Костя.
— Вероятно, ключ от тайника, — прохрипел я.
— Значит, мы его найдем, полдела сделано. — Костя спокойно и невозмутимо смотрел на меня. — Все в норме, чувак. Тут никого нет.
— А на верхних этажах?
— Да фигня. Поверь, все отлично. Собирай себя в кучу, поищем еще.
Я слышал, как он пробормотал под нос что-то вроде — «не напарник, а истеричка», но мне было все равно. Сейчас я действительно до усрачки боялся всего, что за спиной.
На четвертом этаже мы ничего не нашли, только в заваленном строительным мусором сортире, валялся чей-то дневник, удивительно неплохо сохранившийся. Записи захватили меня настолько, что я забыл про страх. От чтения меня отвлекли выстрелы. Поспешно убрав дневник в карман, я выскочил в коридор, готовый сражаться с мутантами, но там никого не было. Только Костя, что смотрел на дверь расширенными от ужаса глазами и разинутым ртом, руки его дрожали. Я подошел ближе и увидел взгляд напарника. Он был настолько жутким, то мне немедленно захотелось пристрелить Костю.
— Вот черт… — прошептал он.
— Что?
— Что-то… Какая-то херня.
— Какая? — продолжал допытываться я. Все сказанное напарником походило на бред.
— Ты был прав, старик. В этом здании какой-то пиздец.
— Что ты видел?
Костя дернул меня за рукав, и я снова увидел ту же девочку. На этот раз она улыбалась, с ее губ капала кровь. Этого было достаточно для нас. Мы сорвались с места и помчались, не разбирая дороги, срываясь на крик и стреляя в любую подозрительную тень. К тому времени, как снова смог соображать, я был на восьмом этаже, а Кости рядом не было, но я слышал его тяжелое со всхлипами дыхание за стеной.
— Костя! — закричал я. — Костя!
Молчание. Я осмотрелся. Все двери комнат приоткрыты. Полный пиздец!
— Костя?
Никакого ответа.
— Твою мать…
Я начал бродить по комнатам, как неприкаянный призрак, забыв о тайнике. Скорей забрать отсюда своего напарника и свалить, пока мы в здравом уме и памяти.
— Костя?
Я проходил мимо одной из комнат, когда услышал тихое хныканье. Детское хныканье. Не знаю, что на меня нашло, но ноги сами понесли меня в дальнюю комнату, откуда доносились звуки детского плача. Я заглянул в дверь и увидел девочку, забившуюся в угол, в руках у нее была кукла. Мне очень не хотелось подходить, но я подошел.
— Гм, — я сглотнул, — э-э-э, ты в порядке? Эй, малышка?..
По мере того, как я приближался, девочка вскочила и вышла из комнаты. Мое сердце пропустило удар, это был тот самый ребенок, что и на нижних этажах. Тем не менее, я двинулся следом, сам не знаю почему. На лестнице виднелись потеки крови, она стояла там.
— Папа? — спросила девочка.
— Кто ты? — прохрипел я.
— Ты не мой папа.
Я просто смотрел на нее.
— Ты не мой папа! — завизжала она в комичной детской злобе, но мне было не смешно.
Я отшвырнул девчонку подальше и отскочил сам. Дело принимало дурной оборот.
— Ты не мой папа…
Она медленно встала и обернулась. Между нами было не более двух метров.
