– Я жив…? – вяло пробормотал Роман. С трудом подняв веки, он сразу же зажмурился. Глаза болели от невыносимой рези. В момент, когда он приоткрыл рот, чтобы наполнить легкие кислородом, дорожная пыль осела на его зубах. Приступ удушья налетел неожиданно. В затылок тотчас ударила острая боль, которая эхом ушла в темечко. Из разинутого рта вырвался глубокий сухой кашель. Машинально приложив ладонь к ране, Роман сразу понял, что легким сотрясением вряд ли отделается. Придется накладывать швы.....
– Я жив…? – вяло пробормотал Роман.
С трудом подняв веки, он сразу же зажмурился. Глаза болели от невыносимой рези. В момент, когда он приоткрыл рот, чтобы наполнить легкие кислородом, дорожная пыль осела на его зубах. Приступ удушья налетел неожиданно. В затылок тотчас ударила острая боль, которая эхом ушла в темечко. Из разинутого рта вырвался глубокий сухой кашель. Машинально приложив ладонь к ране, Роман сразу понял, что легким сотрясением вряд ли отделается. Придется накладывать швы.
– Сука-а-а, – раздраженно выдавил из себя. – Как же больно.
Опершись на локти, Роман перевернулся на живот. Лицо мгновенно налилось красным оттенком. От резкого давления на шее выступили вены, и сопли надулись пузырями. Спустя минуту все прошло, затекшие ноги обрели чувствительность и он мог ими двигать. Поднявшись, он первым делом бросил взгляд на свой уазик, которому сильно досталось. Черные лесорубы спустили машине колеса, разбили все стекла и нехило прошлись топорами по корпусу. «Смачные поцелуи оставили, как на прошлых выходных Алка, – расплылся в довольной улыбке. – Красивая блондинка, но сука, в голове у нее только бабки, бабки и еще раз бабки. Мужчина обязан давать ей в три раза больше, чем она сможет себе позволить. Дура! Поменьше ей нужно смотреть это шоу про бездельников. Любовь все они там строят. Откуда у меня миллионы? Зарплата лесника – тридцатка. Все. До сих пор понять не может, что в ее тридцать пять я, можно сказать, последний вагон, – довольно улыбнулся и перевел взгляд на часы, их тоже не было.
– Сволочи в масках. – Порыскав по карманам и не найдя телефон разозлился еще сильнее: – Как же мои доказательства? Неужели все коту под хвост, участковый же не поверит мне. Да ладно, Санек мой лучший друг. Он поверит. - Проверив ножны, он не нащупал рукоять. - Блядь.
Роман прекрасно понимал, что на сотню километров ни души. Только дремучий лес и дикие животные. Кулаки вряд ли ему помогут в схватке с каким-либо серьезным хищником. Не зря это место старожилы из Морельского лесхоза кличут «Потерянный кордон Михася». Ломая голову, он подошел к уазику. Что Юрий Иванович по головке не погладит – это полбеды, уволить вообще могут. Да штраф за машину влепить. Тихоня сможет, не зря его мужики так прозвали. Исподтишка любит подлянку сделать, когда не ожидаешь.
Через разбитые окна было хорошо видно, как ребята поработали. Даже сиденья все порезали. В раскрытом бардачке было пусто. Все, что лежало внутри: документы на машину, права и коробок спичек, выгребли на пассажирское сидение. Распихав все по карманам, лесник вспомнил о бутылке с водой, которая лежал под сиденьем. Достав ее, он смочил родниковой водой горло. Поразмыслив минуту, Роман принял решение все же ехать домой на спущенных колесах. Ночевать в глуши ему не хотелось.
Зарычав, мотор тут же предательски заглох, и все попытки завести машину оказались бесполезными. Аккумулятор окончательно разрядился. Истерично постучав по рулю ладонями, Роман выскочил из машины.
– Сука! – несдержанно выругался. – Что за день сегодня такой?! – задрал голову и поднял руки к небу. – Везет как утопленнику!
Неожиданно в голове промелькнула мысль: «Сашка… Неужели он заодно с этими бандерлогами? Если это так, не прощу ему». Рому потряхивало от накопившейся злости. Выскочив наружу, он со всей силы ударил по двери. На металле появилась неглубокая вмятина.
– Только он знал, что я поеду на сто двадцать девятый квартал, – подозрительно прищурился. – Да не-е-е, – отрицательно покачал головой, не хотелось верить, что друг мог предать его. – Мы с ним с детства дружим. Вместе железо тягали. Да и недавно вместе обмывали его новенький джип. Нет, - мотнул головой.
Спустившись в низину, он пошагал в сторону болота . Через лес дорога короче, чем по грунтовке. Да и к тому же все время придется идти на спуск, это тоже плюс. Роман легко улыбнулся: всего километров двадцать, а там рукой подать до поселка.
Пахло хвоей, под ногами хрустели иголки. Красотища, лишь справа его раздражала незаконная делянка. Километр украденного леса. Плешь. Совсем очумели, готовы все уничтожить ради бабок. Ни совести, ни чести.
Уже смеркалось, жаркий день неуловимо бледнел. Уставший, с головной болью Роман проковылял от силы километров восемь, и то не факт. Присев на хвою, он прислонился к толстенной сосне и опустил веки.
– Черт! – Открыв глаза, он слегка потерялся. Вокруг непроглядная темень. – Ни хера се! Вот отдохнул.
Осторожно поднявшись, оперся левым плечом о шершавый ствол и расстегнул ширинку.
– Вот накипело, – натужно произнес он. – А-а-а… – Облегчившись, привел себя в порядок.