Я никогда не видел Эйдена таким. За один миг он, казалось, постарел не на один десяток лет. Мне стало интересно, что нового он мог мне сказать о нашем отце.
- Ты злишься на Карлоса, потому что он делал с тобой ужасные вещи, - нерешительно начал он. Странно, брат обычно такой уверенный в себе, а тут вдруг начал запинаться. – Я знаю, что злишься. Он снится тебе почти каждую ночь. Тебе сложно начать жить с чистого листа, будто ничего не произошло.
Он в точности описал мои ощущения.
- Тебе надо постараться смирится с тем, что прошлого не изменить. А будущее ты еще в силах поменять по своему усмотрению. Ты должен жить дальше, идти вперёд.
- Зачем ты мне все это говоришь? – Разозлился я. – Как ты можешь понять, что со мной происходит?
Эйден опустил глаза и глухо произнёс.
- Я могу это понять.
- Да ну? – Не поверил я.
Голос брата был не похож сам на себя.
- Могу…. Потому что, пока ты мелкий мирно спал в кроватке, Карлос…приходил в комнату ко мне. – Я удивлённо вскинул брови, а Эйден вдруг поднял глаза и посмотрел на меня. И я понял, что он говорит правду. – Ты удивлён? – Он мягко улыбнулся. – Наша мать еще жила с нами. Она ждала его в их комнате, а он в это время приставал ко мне, зажимал рот и шептал, чтобы я молчал, иначе он убьет всех нас. А однажды она вошла как раз в тот момент, когда Карлос…. В общем, разразился жуткий скандал. После этого несколько лет он не лез ко мне, а потом всё началось сначала.
- Почему она ушла? – Мой голос перешел в хрип. Я имел в виду нашу мать.
Эйден пожал плечами.
- Этого я не знаю. И думал, что не узнаю никогда. А потом вдруг она начала писать тебе. Не знаю, как она отыскала твой адрес, но почерк на конвертах её.
Я старался осознать новую для меня информацию. Так, значит отец приставал не только ко мне. Брат не избежал той же участи. Странно, как это раньше не приходило мне в голову?
Ведь это же очевидно, если Карлос приставал ко мне, почему ему не проделывать то же самое ранее с моим братом? Одно только я не мог понять, почему Эйден не предупредил меня о неизбежном, почему не забрал к себе.
- Ладно, к чёрту мать, скажи мне лучше, почему ты не забрал меня, ведь ты знал о том, какой подонок наш отец? Почему ты позволил ему делать это со мной. Ты ведь просто вручил меня ему и всё. Ты ведь мог забрать меня.
- Мог, - признался Эйден и вздохнул, - но не сделал этого.
- Почему? – Невольно вырвалось у меня.
- Я ненавидел тебя, - признался Эйден, и лицо его исказила мука. – Ты любил его, боготворил, не позволял сказать про него дурного слова. А я. Что оставалось мне? Ночью он мучил меня, а когда днём я взрывался, ты тут же приходил ему на защиту. Как верный пёс. Ты твердил, что я плохой, а Карлос хороший. – Он спрятал лицо в ладонях. – Если бы ты знал, как я желал, чтобы он хоть раз проделал это с тобой, чтобы ты узнал, что такое быть его игрушкой. Я так виноват перед тобой!
- Так ты специально оставил меня с ним, чтобы он начал приставать ко мне? – Моё дыхание сбилось. Он кивнул. – Ты хотел, чтобы я возненавидел его так же сильно, как и сам его ненавидел? - Я словно прозрел.
- Я был уверен, что ты его любимчик и над тобой он не станет издеваться. Я был слеп! Ненависть закрыла мне глаза на правду!– Воскликнул он и продолжил уже тише. – А когда мне позвонили и сообщили, что ты в тюрьме и что ты застрелил отца, я понял всё. Ты выглядел таким беззащитным, таким сломленным. Ты его любил, а он пользовался этим. Мне стало жаль тебя. Я тысячу раз пожалел, что позволил ему издеваться над тобой. Ты был моим братом, а я предал тебя. Ответь, почему ты мне ни разу не рассказал, что он делал с тобой? Почему не поделился?
- Я думал, тебе плевать на меня. – Прошептал я и на глаза навернулись предательские слёзы.
- Никогда! – Не согласился он и обнял меня за плечи и прижал к своей груди.
Это был, пожалуй, первый раз на моей памяти, когда брат терял самообладание. Я не смог сдержать рвущееся из груди рыдание. Я почувствовал, что грудь Эйдена тоже вздрагивает. Заглянул ему в лицо. Его глаза были полны слёз. Он плакал.
Я никогда не видел, чтобы Эйден плакал, разве, что в далеком детстве. Я прижимался к его широкой груди и твердил, что не сержусь на него, что всем сердцем люблю его. А он продолжал плакать.
Мы долго разговаривали, делясь друг с другом личными переживаниями. Два урода среди других уродов. В ту ночь я осознал, насколько близки мы стали и теперь нас уже ничто не могло разлучить.
- Расскажи мне, - потребовал я, - как ты смог переступить через себя и жениться на Фейт? Завести детей? Как ты это преодолел?
Эйден пожал плечами.
- Наверное, заставил себя. – Предположил он. – Я слишком боялся остаться один, а встретив Фейт, окончательно убедился, что не хочу быть один.
- А как она отнеслась к твоему тёмному прошлому?
- Никак. – Брат нахмурился. – Я не говорил.
- Что, серьёзно? – У меня не укладывалось в голове, как можно жить с женщиной семь лет и не поделиться самой ужасной своей тайной. – Ты должен ей сказать! – Я постарался, чтобы мой голос прозвучал убедительно.
Эйден рассмеялся.
