– Непременно, дедушка, – воскликнул в порыве юношеской радости Александр. – Я там долго не задержусь. Туда съезжу и скоро обратно вернусь. Жди меня к ужину.
Иван Трофимович наблюдал, как спешно его внук собирается. Затем он проводил его до крыльца, дальше не пошел. С Громовым он попрощался тяжелым старческим обремененным взглядом, охваченным надеждой. Когда машина тронулась, старик тихо произнес слова полные трепета, отцовского волнения и нежных чувств к любимому внуку:
– Позаботься о нем. Я отдаю тебе самое дорогое, что у меня есть.
Машина Громова подъехала к зданию, где располагался офис специальной службы «Черный квадрат». Как только Громов вышел из машины, он сразу заметил, что в оцеплении здания солдат нет. Вместе с Александром Громов подошел к входу. Здесь, к его удивлению, находился майор Береза, лейтенант, полковник и пропавшие солдаты. Несколько врачей в белых халатах оказывали помощь нуждающимся. Люди Громова ситуацию, казавшуюся ночью непредсказуемой, взяли под контроль. Теперь вход охранялся четырьмя военными, подчиняющимися Громову.
К Громову подскочил лейтенант и сообщил о событии, которое произошло во время его отсутствия.
– Вы были правы, подполковник, – начал лейтенант.
– В чем? – спросил Громов.
– Все определилось. Наши люди сами вышли из офиса. Но только …
Он поглядел на присевших у стены солдат, на лежащих товарищей, и продолжил:
– Я не могу понять, что там произошло. Все они, словно потеряли память.
– Какие у них симптомы? Раны на телах есть?
– Ранений нет ни у кого, – ответил лейтенант. Симптомы, – задумавшись, ответил лейтенант, – головная боль, туман в голове и еще … Они ничего не помнят из того, что произошло с ними там… в здании. Только один солдат вспомнил, как спускался по темным ступенькам куда-то вниз. Наверное, это бред. Откуда там ступени, ведущие вниз, это ведь первый этаж. Я что-то не припоминаю, чтобы с обратной стороны этого здания…
– Значит, потерь среди личного состава нет? – перебил его Громов, получив желаемый ответ.
– Нет, – выпалил лейтенант, с интересом поглядывая на мальчика. – Ваш сынишка? Как зовут? – он улыбнулся, приветливо, глядя на Александра.
– Меня зовут …
– Лейтенант! – грубо перебил Громов. – Я благодарю ваших людей за помощь и сотрудничество, а теперь оставьте нас. Дальше все будет под моим контролем.
– Как скажите, – лейтенант сделал приветствие, приложив руку к голове, и отошел к солдатам, которые понемногу начали приходить в чувство. – Вы отправляйтесь в лазарет! – командовал лейтенант, ведь он был единственным из офицеров не пострадавший.
Когда солдаты, офицеры и врачи покинули вход, и остались только четверо солдат из охраны, Громов велел своим людям уйти в казармы. Он подошел к массивным дверям и остановился, раздумывая.
Для Александра все это было интересно и непонятно. Что здесь произошло? И зачем его, подростка, пригласили сюда, в Кремль?
– Запомни эти двери, – сказал Громов, в его глазах было что-то неопределенное, таинственное и нерешительное, казалось, что он колебался. Он почувствовал свою нерешительность, и чтобы не выглядеть перед подростком неуверенным, взял себя в руки. – Сюда многие годы приходил твой дед. Здесь была его работа. Теперь ее будешь выполнять ты.
– А я справлюсь? – неуверенным и заинтригованным голосом сказал Александр. – Иван Трофимович доверяет тебе, значит, в тебя верю и я.
Мальчик посмотрел, изучающе на двери, но ничего особенного не нашел: двери, как двери.
– Это что, игра какая-то? – спросил удивленный Александр, полагая, что его разыгрывают.
– Твой дед сказал мне, что ты справишься.
– Но, что там?
– Моя задача оберегать жизнь и здоровье президента, а твоя – управлять специальным тайным отделом, который называется «Черный квадрат».
– Управлять? – переспросил Александр. Он поправил очки на носу и поморщил носик, искривив при этом губы, как это делают, когда не понимают.
– Да, управлять, и еще выполнять мои поручения, – пояснил Громов.
– Я буду работать в службе безопасности президента?
– Совершенно верно.
Мальчик подошел к двери и взялся за металлическую ручку. Он подумал, что все ответы на свои вопросы он скорее найдет там, за этими обычными, на первый взгляд, дверями.
– Тогда идемте, вы мне все покажете, я ведь в первый раз.
Громов улыбнулся.
– Мне нельзя с тобой. Только ты можешь идти туда.
