– Прошу вас, вы себе медвежью услугу оказываете. Да и профиль у вас, знаете, интересный.
– Вот как?
– Очень римский.
– Ну, я много макарон ем, поэтому все дело, видимо, в них.
– Дело в пропорциях. Вообще-то измеряется миллиметрами. Красота, между прочим, вся в долях.
– Карла, – окликнула ее другая женщина, протискиваясь через сутолоку. – Наш столик готов.
– Хорошо, подойду через секунду.
Женщина, которую можно было бы принять за двоюродную сестру Карлы, встала перед Джонсоном и неприкрыто оглядела его с головы до пят. Ничем не выдала своего мнения о том, что увидела.
– В углу, – произнесла она, – у окна.
– Ладно, дай мне минутку. – Карла принялась собирать свою сумочку, выпивку.
– Карла, – произнес Джонсон. – Что за прелестное имя.
– Да, было б Чарлз, родись я мальчиком. Что ж, поболтать с вами было весело, простите, еще раз, как вас зовут?
– Лайл, – ответил он. – Лайл Койоти.
– Ну да. – Она рассмеялась и встряхнула ему руку. – Из «Видений и вещей».
– Послушайте, позвольте мне оставить вам свой номер. – Он начиркал какие-то цифры на промокшей салфетке. – Для меня будет честь, если вы решите позволить мне вылепить как-нибудь ваши голову и руки.
– Ох, ну спасибо, Лайл, это очень лестно, я учту.
– Я не шучу – мне кажется, мы бы могли создать вместе прекрасную работу.
– Приятно было познакомиться, – произнесла она.
Он проводил ее взглядом, пока она ускользала в обеденный зал. Допил свою «Драгоценную влагу» одним долгим глотком и протолкался к дверям и на парковку. С переднего сиденья машины ему открывался ничем не загороженный вид на двери, все разные люди входили и выходили, словно силуэты на экране. Иногда, особенно если сидел в машине, он воображал, что может видеть и за собой тоже, что голова его охватывает горизонт на все 360 градусов, а небо – отполированный свод его черепа, и все, что он видит и о чем думает, обладает равноценной действительностью, а люди, столь прилежно суетящиеся по городу его ума, – просто-напросто мысли, какие можно развить, приспособить или опровергнуть.
Когда наконец она вышла из ресторана – под защитой общества своих подруг, он покинул машину как будто в трансе и двинулся к ней по широкому простору черной мостовой так, словно она – единственное живое нечто на опустевшей планете. При неожиданном виде его улыбка у нее пропала, и она быстро заговорила со своими спутницами, а те все вместе обернулись, чтобы самим увидеть того, о ком уже столько слышали за обедом.
– Карла, – позвал он, сверкая зубами – воплощенный мистер Сердечность, излучающий прямо-таки студенческий шарм. – Здрасьте еще раз. Простите, что вмешиваюсь, но можно мне поговорить с вами одну минутку?
Она обменялась с подругами настороженными взглядами.
– Это важно. Прошу вас. – Казался он разумнейшим из людей.
– Идите, – сказала Карла своим неуверенным спутницам. – Пара минут. Все будет хорошо.
– Мы будем вот здесь, – произнесла та, что приходила за Карлой к бару. – У машины.
Теперь женщина взглянула на Джонсона так, будто знала его дольше тех пяти минут, что они уже общались.
– Мне нужно на работу.
– Это ничего. Мне тоже. – Он взял ее под руку и отвел чуть подальше от входа, где постоянно кто-нибудь толокся, за угол, где люди ходили гораздо меньше. – Прошу меня простить за то, что снова беспокою вас, но я просто не мог позволить этому шансу уйти в прошлое – не увидеть вас снова.
Она глянула на него безо всякого выражения на лице, даже не моргнув.
– Не знаю, как у вас, но там внутри чуть раньше случилось нечто редкое.
Она ждала, она разрешала ему говорить, не выражая пока ни единой мысли, ни одной эмоции.
– Вы ощутили это, когда мы впервые двинулись друг к дружке у стойки бара – не просто физически, хотя и это там тоже наверняка было, но чем-то тайным и особенным, незримо сдвигались вместе, пока не щелкнуло! громко и крепко, словно детали головоломки одновременно попали в точности на свои места в нужное время. Вы ощутили такое – словно кулачки в замке сошлись?
Она посмотрела прямо в дыры его глаз ровно на один тщательно отмеренный такт.
– Мне надо идти, – сказала она, склонив голову и делая шаг, чтобы обогнуть его.
Он потянулся к ней.
– У вас не будет больше такой возможности, возможно – никогда.
– Да, – ответила она, снова посмотрев ему в лицо, – видимо, не будет.
Он смотрел, как она с неожиданной тщательностью обходит его кругом, сворачивает за угол и возвращается к машине, где ее подруги сбились бдительной кучкой, чтобы выслушать ее доклад. Ему было видно, как они засмеялись. Теперь все они на него смотрели. Затем Карла повернулась и крикнула:
– Усы у вас, – крикнула она, – по-моему, их подклеить нужно.
