Когда у Зимнего Солдата появляется ребенок, все проблемы с ГИДРОЙ, Щ.И.Т.ом и другими враждебными субъектами становятся незначительными и совсем простыми. Когда у Зимнего Солдата появляется ребенок, сам Баки готов повеситься, но... "Пап, я не хочу кашу!"
========== Глава первая, в которой Зимний Солдат становится папой. ==========
- Ну, что же, мистер Барнс, может быть, вы расскажете мне, что вам снилось сегодня?
Твоя медленная и мучительная смерть.
- Ничего, - Баки растягивает губы в сахарной улыбке, сложив руки на коленях. – Спал как младенец.
- Мистер Барнс, как это чудесно! – психотерапевт, женщина с ужасным блондинистым коконом на голове и ярко-розовой помадой на губах, хлопает в ладоши. – А, что насчет ваших фантомных болей?
Если не заткнешься, у тебя будут настоящие боли.
- О, они не посещали меня уже давно, - Джеймсу кажется, что если он улыбнется чуть шире, то у него порвутся щеки. – Чувствую себя превосходно, доктор Смит. Это все ваша заслуга.
Докторша заливается писклявым смехом, а Барнс медленно считает от ста до одного, пытаясь найти причины, чтобы не оторвать этой женщине голову. Во-первых, она гражданское лицо. Во-вторых, его буквально только что амнистировали. В-третьих, расстроится Стив. В-четвертых, он сможет скрыть следы убийства и исчезнуть прежде, чем…
- Мистер Барнс, вы меня слушаете? – доктор Смит машет рукой с длинным розовым как губы маникюром. – О чем вы задумались?
О том, как ты меня, блять, достала.
- О том, какой же вы замечательный психотерапевт, - у Баки только радуга изо рта не льется.
- Не льстите мне, - женщина хочет еще что-то сказать, но у Зимнего Солдата звонит телефон, и он выходит за дверь кабинета.
Облегчению нет предела, так как приторный запах духов, которым пропиталось все, начиная от доктора Смит, заканчивая самим мужчиной, вызывает головную боль. Нажимая на экран, Джеймс недовольно морщится, когда понимает, что супер навороченный старковский сенсор не реагирует на биомеханические пальцы.
Наконец, Баки отвечает на звонок и раздраженно произносит:
- Слушаю.
- Я помешал? – голос Стива действует, как панацея и Зимний начинает успокаиваться.
- Нет, я как раз закапывал труп доктора Смит.
- Что? Бак! Я понимаю, что она тебе не нравилась, но ты не должен был ее убивать! – слышно, как Роджерс паникует, бегая по квартире.
- Шутка, придурок, - Баки прислоняется к огромному окну во всю стену, разглядывая Нью-Йорк.
- Ха-ха, Баки, очень смешно, - Капитан наверняка закатил глаза, думает Джеймс.
- Насчет того, что я ее закапываю, я пошутил. Зачем тратить время? Я сбросил ее в канализацию, - продолжает издеваться над другом Барнс, зная, что доктора «мозгоправа» нашел для него как раз таки Стив.
- Знаешь что, юморист из сороковых, - в голосе Роджерса звучит обида, - общий сбор Мстителей. Фьюри ждет всех через час. Хотел предложить заехать за тобой, но не буду. Добирайся на метро, шутник.
- Хватит обижаться, принцесса Америка, - беззлобно подтрунивает Баки. – Жду тебя через полчаса.
Стив еще пару секунд слушает гудки, а потом кладет смартфон в карман черных штанов, и, захватив ключи от машины, выходит на улицу. Новый Кадиллак (подарок от Щ.И.Т.а) заводится, включается аудиосистема и в колонках тихо начинает петь Марта Тилтон. Роджерс улыбается, когда вспоминает о том, как здорово было на танцах приглашать девушек, когда пела эта исполнительница. Нет, он-то, конечно, со своими параметрами «глиста на сковородке» (как сказал Старк, увидев фотографию Роджерса до превращения в суперсолдата), особо не промышлял этим. А вот Баки, который пользовался успехом у леди разных возрастов, прекрасно знал, какие композиции Марты могут подарить ему еще большее расположение девушки. Правда, сейчас композиции Тилтон уже не впечатляли Зимнего как раньше, и он либо, закатив глаза, переключал диск на радиостанцию, либо выключал радио вообще.
Стив радовался изменениям, которые произошли в друге. Это вряд ли была заслуга многочисленных психотерапевтов, гипнотизеров и других «мозгоправов», как их называл сам Баки. Просто прошло уже пять лет с проекта «Озарение», и жизнь неплохо наладилась. По крайней мере, однажды вернувшись после миссии домой, последним, кого ожидал увидеть Роджерс на своем диване, это Зимний Солдат. Но тот сидел там, небритый, промокший под дождем и с полным букетом психологических проблем и огромным посттравматическим синдромом (так описали состояние Барнса врачи). Сказать, что было трудно, - не сказать ничего. Первое время к Джеймсу боялись приблизиться, не зная, что он может сделать. А потом все начало приходить в норму. Баки не стал сам собой, не превратился в «душу компании», все еще вздрагивал от самого незначительного сквозняка (последствия криокамеры) и иногда сыпал настолько черным юмором, что Стиву хотелось помыть другу рот с мылом.
Капитан паркует машину около тротуара, убедившись, что знака, который запрещает эту самую парковку, нет, и выходит из автомобиля. Весна в самом разгаре, и Нью-Йорк цветет, гудят канареечные такси, люди бегут, развеваются полы бежевых легких плащей и разноцветных пальто. Небо голубое, а в воздухе удушливым ароматом висят газы от проезжающих мимо машин.
