Не задерживаясь в Александрии, Бонапарт двинулся к Каиру. В Александрии, укрепления которой были усилены, был оставлен гарнизон под командованием Клебера из 10 тысяч человек.
Одновременно из Каира навстречу французам выступили османский губернатор Египта Мурат-бей с 3 тысячами мамлюков и 2 тысячами янычар и главнокомандующий армией Египта Ибрагим-бей.
21 июля около Гизских пирамид, вблизи Каира, французская армия снова встретилась с противником. Войска Мурата и Ибрагима занимали позицию правым флангом примыкавшую к Нилу, а левым – к пирамидам. Общая численность их войск составляла около 50 тысяч. Французских – чуть больше 15-ти.
Поход Наполеона на Каир
На правом берегу реки собралось все население Каира наблюдать поражение неверных.
Бонапарт, объезжая войска, обратился к ним с исторической фразой:
В 2 часа утра французская армия, атаковала противника.
Мамлюки потерпели полное поражение.
Раненый Мурат-бей только с 2 тысячами мамлюков бежал в Верхний Египет, а Ибрагим с 1200 человек через Каир направился в Сирию.
Он ожидал помощи от турецкого султана, но султан, до которого уже дошли слухи о выдающейся победе французской армии, предпочел не торопиться.
В битве у пирамид египтяне потеряли 10000 человек, французы всего 300. Объезжая поле сражения, Наполеон сказал сопровождавшему его Мюрату: –
Два Титана. Наполеон у египетского сфинкса.
Окрыленный успехом, Бонапарт принял решение двигаться дальше в Сирию. Но по дороге им было получено известие об уничтожении 1 августа на Абукирском рейде французского флота.
Нельсон, получив 24 июня достоверные сведения о назначении французской эскадры, поспешил вторично к Александрии и на открытом рейде под Абукирским берегом нанес ей поражение.
Это поражение, лишив французскую Египетскую армию связи с Францией, предоставило её собственным силам. Колебавшаяся до этого времени Турция объявила 1 сентября Франции войну.
Положение французской армии заметно ухудшилось. Нет, она, конечно, могла успешно сражаться с многочисленными отрядами мамлюков и янычар, жестко подавлять возникающие в разных местах восстания местного населения, но она уже не могла на долгое время удерживать захваченные территории, а тем более создавать органы государственного управления.
В Европе же, в это время Франция терпела неудачи (в Италии и на Рейне), а внутри неё царили несогласие и упадок духа. Вследствие известий об этом и сознания невозможности, благодаря потере флота, при настоящих силах армии удержать за собой Египет, Бонапарт решил возвратиться во Францию.
Ночью, осторожно минуя немногочисленные турецкие корабли, французские фрегаты «Ла-Коррьер» и «Мюрион» вышли из гавани Александрии и направились к берегам Франции. На борту были Наполеон Бонапарт и его ближайшее окружение: генералы Бертье, Ланн, Андреоси, Мюрат, Мармон, Дюрок и Бессьер.
Командование над войсками и управление Египтом было возложено на Клебера.
В это время в Сирии уже была организована турецкая армия (до 80 тысяч) великого визиря, и генерал Клебер ясно сознавал, что со своими слабыми силами без хороших помощников, он не будет в состоянии долго держаться в Египте. Послав об этом донесение Директории, он вступил с великим визирем в переговоры об оставлении Египта.
Конец Египетского похода
Все это теперь осталось в прошлом. Острый, склонный к авантюрам ум подсказывал Бонапарту, что вершина его славы не в Египте, а здесь, в Париже.
Власть в Республике шаталась, Директория утратила всякое доверие среди населения.
Бонапарт понял, что идея переворота уже давно витает в воздухе, в претендентах тоже недостатка не было.
Самый авторитетный из членов Директории аббат Эммануэль-Жозеф Сийес открыто высказывался о необходимости замены Конституции III года.
Но всё же более популярного, чем Бонапарт, в то время во Франции человека не было.
Подавляющему большинству французов он вовсе не представлялся полководцем, потерпевшим неудачу в Египте.
Напротив, он был в их глазах генералом, которому сопутствовала лишь победа, и который к своей прежней славе освободителя Италии, добавил новую славу – освободителя Египта.
Тайно встретившись с Сийесом и выслушав его, Наполеон сказал: –
Соглашение было достигнуто.
Аббат Сийес Эммануэль-Жозеф
Сийес распространил слух об опасном якобинском заговоре и потребовал созвать заседание Совета Старейшин, на котором было принято решение перенести заседания из Парижа в Сен-Клу и возложить на генерала Бонапарта обеспечение безопасности, подчинив ему местную 17-ю дивизию.
