Лекса щелкнула выключателем, включая свет в ванной. Яркий свет от «лампы-экономки» ударил по глазам, Лекса крепко зажмурилась, зайдя внутрь и прикрыв за собой дверь. Раскрутив кран, Лекса набрала в ладони холодную воду, сразу же полоснув лицо. Небольшой заряд бодрости вместе с мурашками на смуглой коже, и Лекса опирается на раковину, закрывая кран. Страх уже прошел, осталась только легкая дрожь в руках, сердце билось спокойно, равномерно. Она в себе. Она здесь, в безопасности. В своей квартире, точнее, в их с Кларк квартире.
Девушка немного ежится, когда входная дверь скрипнула. Лекса повернулась, хмурясь. Черт, почему это происходит? Почему кто-то там наверху смеет решать что-то за них, давая шанс на искупление самым настоящим ублюдкам, как и ее родители. Если это очередная игра Господа, то она действительно будет проклинать его, пусть он даже обрушит на нее потоп.
Лекса начала искать хоть что-то, чем можно нанести урон, даже то несчастное лезвие бритвы. Пусть как хотят, но Лекса не собирается умирать от рук какой-то располовиненной девки с косой. Насколько Лекса поняла, именно она охотится за ней. За Рут будет «охотиться» тот ебаный амбал. Кто пришел за жизнями Кларк и Шоу, она не знает, но сейчас она должна пока решить за себя. Они ведь не успокоятся, пока не убьют их четверых.
Когда Лекса наконец нашла то, что нужно, Лекса замерла. Она не отрывала взгляда от проема, который исчезает в темноте. Ничего не происходит. Наверное, просто случайно открылась, Лекса же не полностью ее закрыла. Лекса заметила движение в зеркале прежде, чем она осознала эту мысль. На коже внезапно появилось странное тянущее чувство, на пол что-то капнуло. Лекса рефлекторно опустила взгляд на пол. Кровь. Лекса сглотнула, посмотрев на свои ладони, которые были в крови по локоть. Брюнетка начала часто дышать, поднимая глаза на зеркало, смотря на него исподлобья. И потеряла дар речи. Лекса видела в отражении не себя. Это был чужой ей человек в ее теле, с ее внешностью, ее глазами, лицом. Но это не она. Она не может смотреть на кого-то, как на добычу, и так улыбаться. Леденящая кровь улыбка. Лекса не может смотреть так, словно она... убийца? Лекса медленно отступила назад, смотря в мертвые глаза отражения.
Отражение не двигалось. Оно только ухмыльнулось, поднеся окровавленные руки к лицу. Лекса с ужасом осознала, что чувствует на своем лице прикосновения, словно она действительно касается своего лица. Она чувствует кровь, которая размазывается по щекам, чувствует холод собственных рук, которые на самом деле были прижаты к стене. Тело не слушалось, она не могла отвести взгляд от отражения, которое склонило голову на бок, ухмыляясь. Это иллюзия. Это иллюзия, воображение ее больного, мать его, мозга!
— Лекса! — кто-то звал ее, но она не могла пошевелиться. Не могла взять себя в руки, чувствуя, что уже начинает сходит с ума. — Лекса, очнись! — обжигающий удар.
Легкие горели, Лекса задыхалась, чувствуя, как реальность ускользает от нее, но девушка упрямо пыталась зацепиться за что-то, чтобы быть в сознании. Ее взгляд на секунду встретился в голубыми безднами, в которых плескался страх, смешанный с облегчением. Девушка часто моргает, чувствуя накатывающую на нее панику, как в один из дней, когда она очнулась в больнице после очередных побоев. Где она? Что происходило? Она не могла заставить себя дышать, чувствуя, как кровь течет по ее лицу. Не после увиденного.
— Лекса, успокойся! — голос Кларк дарил некий покой, пусть всего на несколько секунд. Но девушка покорно замерла, чувствуя, как горит щека. Ее привели в чувство? Девушка часто моргает, чувствуя, как яркий свет бьет по сетчатке глаза. Здесь Кларк. Все в порядке. — Вот, малыш, вот так.
Брюнетка замерла, чувствуя, как Кларк поглаживает ее по щеке, чуть хмурясь. Лекса прикрыла глаза, позволяя сознанию прийти в себя. Она в госпитале. Как здесь оказалась, лучше не вспоминать. Тело болело, особенно нога и ребра. Рядом Кларк, которая едва не плачет, пытаясь не кинуться на Лексу с объятьями, от которых наверняка она нашла бы на себе еще пару переломов. Лучше воздержаться. По крайней мере сейчас.
— Все хорошо, Кларк, — Лекса глубоко вдохнула, начиная вставать, но Кларк ее уложила обратно, пытаясь не задеть раны на лице.
— Да. Все хорошо, малыш, — Кларк осторожно взяла ее лицо в ладони, осматривая. Сердце буквально готово было вырваться из груди. Она никогда так сильно не боялась. — Пожалуйста, не двигайся. Я зашью рассечение на щеке, — Кларк сглотнула, ведь видела, как Лекса его разорвала снова.
Лекса покорно замерла, позволяя Кларк заново зашить рассечение. Было много спокойнее, когда она чувствовала прикосновение рук Кларк. Теплых, родных, небольших ладошек, которые сейчас аккуратно зашивали рану. Нет большего облегчения знать, что это был только сон. Но ей тошно от того, что Кларк видела все то, что происходило на мосту. Видела, как попытка располовиненной девки едва не увенчалась успехом. Лекса всегда хотела отгородить Кларк от вот таких вот картин, которые часто будут сниться в кошмарах.
