Я почти сразу поняла, кто из одноклассников бросил вызов девчонкам: шестеро парней с довольными ухмылками разминались на своей части поля и перебрасывались оскорбительными шутками, включая похабные, которые сразу захотелось поскорее выбросить из головы. В числе этих шести я увидела парня, с которым в прошлом году была в кабинете директора, когда Татьяна распустила обо мне слух по всей школе.
О да, и мне, и Стасу определенно понравится смотреть, как этому заносчивому придурку сейчас хорошенько утрут нос, а следом подрежут эго. Жаль, попкорна с собой не было.
– Что-то Татьяну не вижу, – отметила я и повернулась к Виоле: – Ты вроде говорила, что она пошла пораньше на поле?
– Говорила. Действительно странно, что ее не видно. Уж кто-кто, а эта всегда стремится быть в центре внимания.
– С такими шортами тягаться бессмысленно, – Даша кивнула в сторону волейболисток.
– Форма как форма, – пожала я плечами.
– Парни с тобой не согласятся, – усмехнувшись, Виола без малейшего стеснения указала на ребят на трибунах, которые вовсю пялились на девчонок из команды. – Даже борцов проняло.
– Они хотя бы не несут чушь. Так, бросают восторженные взгляды, и ладно. Сразу видно, что они воспитаннее наших ребят.
– Если и Артур на них так смотреть будет, я ему голову откручу.
– Сомневаюсь, что ему вообще есть дело до кого-то, кроме тебя.
Виола покосилась на меня с довольной улыбкой, которую едва могла сдержать, но добавлять ничего не стала.
– Твоего здесь нет? – спросила она у Даши, которая прикрывала глаза рукой от солнца, пытаясь рассмотреть получше сидящих на трибунах.
– Кажется, еще нет. Хотя друзья его уже явно на месте.
– Раз и его нет, пойдемте скорее занимать места. Свободных уже не так много осталось.
Мы с Дашей проследовали за Виолой и стали подниматься по боковому проходу к третьему ряду, прямо позади волейболисток, который оставался пока свободным. Парни и девчонки из нашей параллели заняли всю правую сторону, в то время как борцы оказались на самом верху и растянулись по всему последнему ряду. Удивительно тихие ребята: если бы не приметила их еще внизу, то и не знала бы, что они тоже присутствуют на матче. От одноклассников же слышался веселый гогот. Некоторые даже делали ставки, и нам предложили поучаствовать, но наша троица не прониклась особым энтузиазмом: и так ясно, что профессиональные волейболистки порвут заносчивых ребят, хотя бы из желания задать им хорошую трепку после слов о том, что волейбол – не спорт.
Виола села рядом со мной на самый центр длинной скамьи, и я поспешно отодвинулась, отчего Виола изогнула бровь в недоумении.
– Чего это? Вроде я сегодня на тебя не нападала.
– Да уж, сегодня ты на удивление добра ко мне, – согласилась я, – но кое-кто попросил занять ему тоже место.
Виола осторожно глянула, чем занята Даша: та продолжала разговаривать с парнем, который обходил других зрителей и уговаривал делать ставки. Убедившись, что внимание Даши приковано не к нашему разговору, Виолетта наклонилась ближе ко мне и жестом попросила сделать то же самое. Я охотно подалась вперед из искреннего любопытства. Что Виола хочет сказать?
– Прости, – начала она шепотом, – если в последнее время я была к тебе слишком… враждебно настроена.
– Все хорошо, – я отмахнулась и поспешила заверить: – Я не злюсь на тебя.
Она ухватила меня за плечо и притянула еще ближе:
– Дай договорить.
Виола старалась не смотреть мне в глаза. Ее рот открывался и закрывался, будто она пыталась как можно лучше подобрать слова, но личная откровенность была Виоле не свойственна и давалась с трудом. Одно дело рубить правду о ком-то ином, и совсем другое – раскрывать перед другим свою душу, снимая один за другим слои защиты.
– Когда Ольга от нас отказалась, я испугалась. Мы с Максом уже потеряли родителей. – Виола грустно улыбнулась. – От нас даже отказался ковен. И только недавно мы начали чувствовать себя вновь… – она запнулась, и я попробовала ей помочь:
– Живыми?
Виола помотала головой.
– Нет, – она помотала головой и взглянула на меня: в ее глазах плескалось озеро боли. – Нужными. Эта семья – все, что у меня осталось. А ты… ты была угрозой.
Я тяжело сглотнула, прекрасно понимая, что Виола говорила правду. Я и сама так думала про себя, стараясь отдаляться от других от греха подальше, чтобы беда обошла стороной людей, которых я люблю. Но это не сработало. Моя сила была именно в моей привязанности к другим и тому теплу, что источали их руки.
Волк не может жить без стаи. И теперь я хорошо это поняла.
– Почему ты говоришь «была»? Разве для тебя что-то изменилось.
– Изменилось. После бассейна я тоже пошла за тобой. Думала, что настало время со всем покончить, – проговорила она серьезно и сделала короткую паузу, чтобы до меня дошел смысл ее слов. – Макс уговорил меня подождать за дверью. Позволить Стасу, раз он такой упертый баран, взять ситуацию в свои руки.
