Я был несчастен, и несчастна всякая душа, скованная любовью к тому, что смертно: она разрывается, теряя, и тогда понимает в чем ее несчастье, которым несчастна была еще и до потери своей.
Всякое счастье, которое можно потерять, есть счастье ложное.
Что на земле, то временно; не печалься же, если что такое отъемлется у тебя.
Людям надобно или совсем не приобретать ничего излишнего, или, имея то, быть твердо уверенным, что все житейское по естеству тленно, может быть отнято, потеряно и разрушено, и что потому, когда случится что, не должно малодушествовать.
Вещи постоянно убегают от нас, неизбежно приводя нас к познанию неуловимости мира и необходимости отречения от всякой привязанности к нему.
Я часто и подолгу размышлял о переменчивости и превратности дел земных, об их разнообразном и беспорядочном развитии; и так как думаю, что мудрый человек никоим образом не должен быть к ним привязан, то прихожу к заключению, рассудив здраво, что следует от них удаляться и освобождаться.
То, чем дорожит человек, о чем думает: «Вот это мое», — разве удержит он у себя, умирая? Пойми это и, следуя по моим стопам, не задумывайся более о покинутом мире.
Я был всем, и все это ни к чему.
Мы никогда не живем, но только надеемся жить, а так как мы постоянно надеемся быть счастливыми, то отсюда неизбежно следует, что мы никогда не бываем счастливы.
Напрасно человек хочет утешаться тем, что пройдет скоро; напрасно хочет он прилепляться к тому, что с ним не пребудет вечно; напрасно хочет прилагать сердце свое к тому, что исчезает, как тень.
Все материальное исчезает и превращается в ничто, ибо оно не есть подлинная реальность.
Ничто из того, что имею, не дорого мне: мир сей — не мой.
Останавливаясь по отдельности на всем, что делаешь, спрашивай себя, страшна ли смерть тем, что этого вот лишишься.
Смысл жизни — приготовиться к тому, чтобы долго быть мертвым.
Всем людям понятна радость жизни, но не всем — горечь жизни; всем понятна усталость старости, но не всем — отдых в старости; всем понятен страх перед смертью, но не всем — покой смерти.
В этой тьме, мути и потоке естества, и времени, и движения, и того, что движется, есть ли, не придумаю, хоть что-нибудь, что можно ценить, о чем хлопотать. Напротив, утешать себя нужно ожиданием естественного распада и не клясть здешнее пребывание, а искать отдохновения единственно вот в чем… ничего не случится со мной иначе как в согласии с природой целого…
Самыми убедительными доводами, которые всегда надо иметь в виду, пусть будут следующие два: первое — это то, что вещи не затрагивают душу, они стоят вне ее недвижно, а наши тяготы происходят исключительно от нашего внутреннего представления. А второе — это то, что все видимое тобой так мгновенно меняется, что скоро его уже не будет. И скольких перемен ты и сам уже был свидетелем — постоянно думай об этом.
Ничто видимое не есть благо.
Мир бессмыслен;