Сад философских камней полностью

В блаженстве, едва переносимом для человеческого сердца, я чувствовал так, будто стройные сферы, медлительно вращаясь, плыли во всемирном хороводе, но сквозь меня; и все, что я мог помыслить или вообразить, охватывалось ликующим единством. Эти древние леса и прозрачные реки, люди, спящие у костров, и другие люди — народы близких и дальних стран, утренние города и шумные улицы, храмы со священными изображениями, моря, неустанно покачивающиеся, и степи с колышущейся травой — действительно все было во мне тою ночью, и я был во всем. (Д. Андреев)

Умиление и восторг, которые мы испытываем от созерцания природы, это воспоминания о том времени, когда мы были животными, деревьями, цветами, землей. Точнее: это — сознание единства со всем, скрываемое от нас временем. (Л. Толстой)

Зачем себя ограничивать? Чувствуй, что ты находишься и в мече, который поражает тебя, и в руках, которые тебя обнимают, в сверкании солнца и в танце земли… во всем, что прошло, во всем, что происходит сейчас, и во всем, что прокладывает себе дорогу к становлению. Ибо ты — бесконечен, и вся эта радость доступна тебе. (Шри Ауробиндо)

Поистине, кто видит всех существ в Атмане и Атмана — во всех существах, тот больше не страшится. Когда для распознающего Атман стал всеми существами, то какое ослепление, какая печаль могут быть у зрящего единство? Он простирается всюду — светлый, бестелесный, неранимый, лишенный жил, чистый, неуязвимый для зла. («Иша упанишада»)

Познавший Господа своего становится равнодушен ко всему остальному: ему безразлично, одет он или обнажен, богат или беден, велик или ничтожен, восхваляем или порицаем, он не влечется сердцем к раю и не страшится ада. (Хамза Фансури)

Любовь Божия — объемлет и ад. (Архим. Софроний (Сахаров))

Будь я лишь прахом и пеплом, и тогда мог бы я говорить перед Господом, ибо рука Господня вылепила меня из этого праха, и ладони Господни соберут этот пепел… (Дж. Донн)

Старца Паисия посетил один врач, которого мучила мысль о смерти, и он хотел объяснить старцу, что такое смерть. Улыбаясь, старец сказал ему: «Но ведь смерти нет». («Изречения подвижников Греции»)

Христианское бессмертие есть жизнь без смерти, совсем не так, как думают, жизнь после смерти. (П. Чаадаев)

Это было великим счастьем, что мне дано было узреть Божий мир, внять его голосу, воспринять его живое дыхание… И это тоже было великим счастьем, что я не только мог видеть этот мир, но и участвовать в его жизни своею жизнью: что я мог сам дышать, любить и страдать, совершать поступки и делать ошибки… А потом я буду отозван так, как если бы я созрел для этого отозвания и как если бы я оказался достоин приобщиться новому, ныне для меня невообразимому, сверхземному богатству… Тогда я буду воспринимать сущее не как внешний мне предмет, но свободным и блаженным приобщением к его сущности… И в этом истинный смысл моего бессмертия, ибо всякое несовершенство неугодно Богу и в творении Его неуместно… (И. Ильин)

Какая жалкая картина: самодовольная ограниченность, которая собирается не умирать, а заполнить собою все времена. Несовершенство, которое не подлежит ни исправлению, ни угашению… Что-то вроде фальшивого аккорда, который будет звучать всегда… Как хорошо, что она [смерть] придет и поставит свою грань. Как это прекрасно, что она прекратит мою земную дисгармонию… Все, чем на самом деле стоит жить, — все утверждается, как подлинная реальность, все возносится в сиянии; а все, что было мелко, ложно и пошло, — все сокрушается… (И. Ильин)

Смерть, безусловно, разрушает личность, но она не способна уничтожить индивидуальность. Индивидуальность отделена от тела, она существует в ином измерении. Никакого отношения к вашей личности она не имеет. Это ощущение внутреннего «я». Это как продолжение единого потока, продолжение одной мысли, принадлежащей вашему «я». Все остальное вращается вокруг этого «я». (Свами Шивананда)