– Что он сказал? – возбужденно спросил Казмир. – Он как-нибудь выразился?
– Он не сказал ни слова, – ответил герцог Тандре.
Казмир обвел террасу устрашающе пустым взглядом, повернулся и размашистыми шагами вернулся под своды Хайдиона.
Целую неделю Казмир мрачно размышлял. Наконец, злобно выругавшись, он занялся сочинением письма. В окончательном варианте оно гласило:
К сведению
высокородного герцога Фода Карфилиота
в замке Тинцин-Фюраль
Высокородный герцог!
С трудом доверяю перу эти слова, относящиеся к инциденту, поставившему меня в исключительно неловкое положение. Не могу принести надлежащие извинения, так как стал жертвой обстоятельств в не меньшей степени, чем Вы, – возможно, даже в большей. Вам нанесено публичное оскорбление, и Ваше ожесточение вполне понятно. Тем не менее не может быть сомнений в том, что выходка капризной и несмышленой девицы неспособна нанести ущерб Вашему несокрушимому достоинству. Со своей стороны, я упустил оказавшую мне честь и сулившую существенные выгоды возможность скрепить наше взаимопонимание брачными узами.
Несмотря на все, спешу выразить сожаление о том, что это событие имело место в Хайдионе и, следовательно, поставило под сомнение мое гостеприимство.
Уверен, что терпимость – качество, которым Вы щедро наделены, – позволит Вам и впредь рассматривать меня как своего друга и союзника, готового к дальнейшей взаимной поддержке на пути к достижению общих целей.
С наилучшими пожеланиями,
КАЗМИР,
король Лионесса.
Посыльный привез письмо в Тинцин-Фюраль и через некоторое время вернулся с ответом:
К сведению августейшего монарха,
его величества Казмира, короля Лионесса
Ваше глубокоуважаемое величество!
Уверяю Вас, что волнение, вызванное во мне упомянутым Вами инцидентом, несмотря на то что оно – надеюсь, по вполне понятным причинам, – носило бурный характер, улеглось почти так же стремительно, как возникло, оставив после себя лишь смущение и тревожные размышления о последствиях чрезмерной уязвимости и рискованной вспыльчивости. Не могу не согласиться с тем, что непредсказуемые девичьи причуды ни в коей мере не должны оказывать неблагоприятное влияние на наши взаимоотношения. Как всегда, Вы можете рассчитывать на мое искреннее уважение; я поддерживаю Ваши справедливые и законные претензии и от души надеюсь, что они будут удовлетворены. Когда бы у Вас ни возникло желание познакомиться с долиной Эвандера, я буду рад возможности принять Вас как почетного гостя в Тинцин-Фюрале.
Остаюсь всецело в Вашем распоряжении,
Ваш друг,
КАРФИЛИОТ.
Казмир внимательно изучил послание Карфилиота. Судя по всему, герцог не затаил обиду настолько, что его следовало бы опасаться. Тем не менее его заверения в дружелюбии, достаточно сердечные, могли бы носить не столь лаконичный и обобщенный характер.
<p>Глава 8</p>
