Солнце так и пекло, слепило глаза. Клара обошла машину кругом, словно пробовала, держат ли ноги. Оглядела свои голые до плеч руки, пальцы, кольцо, мерцавшее густо-лиловым огоньком в ярких солнечных лучах, и только тут поняла – а ведь она проделывает все это напоказ, для того, в дверях заправочной. И поглядела в его сторону. Он тянул какое-то питье прямо из горлышка и в этот миг оторвался от бутылки. Утер рот рукавом, и на губах Клары задрожала невольная улыбка. Он шагнул с порога на плотно убитую землю, для порядка нашарил в кармане пачку сигарет, это означало, что он заметил Клару, и она запрокинула голову, словно затем, чтоб солнце высушило ресницы, а может, просто чтоб показать себя – вот я какая. И тот сразу подошел, уперся ногой в крыло, дескать, недурна машина, потом искоса поглядел на Клару.
– Кой-кто гнал во весь дух, – сказал он.
Клара обеими руками откинула волосы со лба. Откуда ни возьмись разлилась внутри лукавая лень; то неистовое, что бушевало в ней всего лишь несколько минут назад, теперь затаилось и ждет.
– Вы что, тут работаете? – спросила она.
– Черта с два.
Он допил лимонную шипучку, повернулся и запустил бутылкой в стену заправочной станции. На стене осталось белое пятно.
– Ты что делаешь? – окликнул заправщик спереди, из-за капота машины.
Этот только засмеялся. Клара улыбнулась, заметила, что он следит за нею, и медленно обнажила в улыбке зубы – так улыбнулась бы кошка, если б умела улыбаться. Волосы у него темные, влажно блестят, линялая рубаха впереди чем-то запачкана, и старые синие штаны перепачканы смазкой; а лицо молодое, нетерпеливое. Он взялся за антенну, торчащую над капотом машины, чуть пригнул к себе, отпустил. Поглядел на Клару. Она все улыбалась. Он утер лоб, потом рот, слегка сжал кулак, по-прежнему не сводя с нее глаз.
– Вы не здешняя, уж это точно. Из каких мест?
– Да так, проездом, – сказала Клара.
– А куда едете?
Она неопределенно пожала плечом.
– Может, что стряслось? – сказал он. – Вы, видать, плакали?
Клара отвернулась, спросила заправщика:
– Сколько с меня?
Он ответил, Клара сунулась в открытое окно машины и, стоя на одной ноге, дотянулась до сумочки; достала доллар, подала заправщику; тот, другой, который прежде с ней заговорил, подошел совсем близко, она даже разглядела спрятавшийся в брови маленький белый шрам.
– Если ты живешь за городом, могу тебя подвезти, – сказала ему Клара.
Этак мечтательно сказала, глядя на него в упор, и он не успел отвести глаза, не успел опомниться, ответил не раздумывая:
– Я не прочь, – и кивнул раз-другой.
Клара обежала машину кругом, села за баранку; он уже сидел рядом, неуклюже подобрав длинные ноги, от него пахло потом, он искоса поглядывал на Клару с натянутой, нарочитой улыбочкой, совсем такой же, какою улыбалась и она.
Она проехала через весь город, и машина снова побежала глухим проселком.
– Нравится тебе здесь жить? – спросила Клара.
– А я через месяц иду в армию, – был ответ.
– Ну а вдруг и наши ввяжутся в ту драку? – сказала она.
Она знала лишь то, что уловила из разговоров Ревира с Джудом: в Европе дерутся. Парень только фыркнул, он явно презирал и войну, и Кларин вопрос.
– Там и убить могут, – сказала она.
И поглядела на него: ему года двадцать два – двадцать три, и, если его скоро убьют, сейчас она ему очень даже кстати. Она вела машину, а он искоса следил за ней. Лицо его опять покрылось испариной, хотя он только что утерся, рубашка промокла, хоть выжми, и крепкие бицепсы блестят от пота, будто маслом смазаны.
– Я сперва обозналась, приняла тебя за одного человека, – сказала Клара.
Мягко, вкрадчиво сказала. Он поежился, точно ему было неловко сидеть.
– Жалко, что я не тот человек.
– Не стоит жалеть, – возразила Клара.
– А мне еще как жалко, – сказал он.
Она остановила машину, и минуту-другую они сидели, не глядя друг на друга, потом вылезли наружу, так осторожно, словно пробовали – тверда ли под ногами земля. И он пошел к Кларе вокруг машины, ведя ладонью по горячему капоту. У самой дороги стеной стоял лес, по опушке от столба к столбу – колючая проволока: тут размещалась какая-то воинская часть.
– Как по-твоему, если кто сюда зайдет, сразу вышлют солдат? – спросила Клара.
Спутник подхватил ее под локоть, помог перескочить через канаву. Поднял как мог выше проволоку, чтоб Клара нырнула в просвет, и она вбежала в лес, распущенные волосы разметались, что-то росло внутри, толкалось в груди, в горле, того и гляди задушит. Росло, не отпускало ни на миг, заставляло улыбаться шалой, лихорадочной улыбкой – не спутнику, а лесу.
Парень догнал ее, схватил так, точно ждал этого долгие часы. Он шумно, прерывисто дышал. Они упали наземь, и все случилось так быстро, точно это опять сон, и лица Лаури не видно, она крепко обнимает его за шею, а у самой нетерпеливым ожиданием перехватило горло.
– Ну же… Ну… – сказала она.
