«Сад» растёт сам?.. полностью

Неадекватность его реакции на события в Палестине выразилась в том, что жречество Руси не приняло на себя ответственности за судьбу человечества, чем внесло свой вклад в создание безраздельной многовековой монополии заправил библейского проекта порабощения человечества от имени Бога на делание глобальной политики[234]. Вследствие этого — её собственного — акта выражения беззаботности глобального масштаба, Русь стала объектом попущения заправилам библейского проекта порабощения человечества от имени Бога действовать в отношении неё по способности.

В ходе кризиса Руси изначальной, развивавшегося на протяжении девяти веков первого тысячелетия:

·    Жречество деградировало, «скурвилось» и стало знахарством, погрязнув в эгоизме и мелочном личностном своекорыстии[235].

·    Княжеско-боярская корпорация, сталкиваясь с фактами несостоятельности знахарства в деле выработки политического курса, возомнила о своей способности осуществлять полновластье — управление по полной функции.

·    Обе корпорации втянулись в процесс “элитаризации”[236], и между ними возник конфликт на тему «кто на Руси главнее».

·    Но в этом же конфликте их объединяла и зависть к тому “великолепию”, в каком жила “элита” соседней Византии[237], вследствие чего партия «прогресса» в составе корпорации знахарей, устав от кризиса, дала санкцию на крещение Руси партии «прогресса» в составе княжеско-боярской корпорации, которая эту санкцию реализовала в ходе «перестройки» тех лет, получившей в официальной “элитарной” истории название «Крещение Руси святым равноапостольным князем Владимиром Красно-Солнышко»[238], и спустя два века закономерно приведшей к катастрофе государственности, оказавшейся неспособной отразить Батыево нашествие.

·    В результате знахарство, сдав Русь под внешнее управление, оказалось у себя на Родине на положении никчёмных холопов, от которых новым «хозяевам жизни» необходимо избавиться, чтобы быть безраздельно властными на Руси[239].

Крещение и превращение исторически реального христианства в официальную религию общества стало тем рубежом, который разделил предъисторию и историю Руси.

Крещение прервало самобытное развитие Руси, что и составляло суть её предъистории, поскольку после крещения вся история Руси:

·    борьба её народов за воплощение в жизнь идеалов, характеризующих Русь как региональную цивилизацию,

·    и борьба её “элиты” за то, чтобы реализовать на Руси очередное зарубежное “великолепие”, уничтожающее Русь как объективно своеобразную суть, издревле называемую «Русью».

При этом необходимо обратить внимание ещё на одно обстоятельство: идея, идеал, характеризующий Русь как самобытную региональную цивилизацию — «Русь — святая», — по своей сути такова, что она не может быть чьей-либо персональной «интеллектуальной собственностью», в силу чего она сама и дело её воплощения в жизнь принадлежат к так называемой ныне «неавторской культуре», которая не предполагает персональных «авторских и смежных с ними прав», и соответственно — подразумевает развитие общества и всякой личности на основе принципа общедоступности любой информации.

Это не отрицание роли личности в истории и не пренебрежение к творческому потенциалу и вкладу в развитие общества тех или иных конкретных людей в прошлом, настоящем и будущем, а иное понимание личности (как социального явления) и роли личности в истории.[240]

После крещения этот системообразующий принцип «неавторской культуры» был подменён иным системообразующим принципом — принципом персональных авторских прав как на малые идейки и делишки, так и на большие Идеи и Дела — общественной в целом (вплоть до общемировой) значимости. И Владимир-креститель - вывеска-марионетка партии «про­грес­са» той эпохи — первый[241] из таких “авторов” больших Идей и Свершений, на которых впоследствии «записывался гешефт»[242] и списывались преступления правящей на Руси “элиты”.[243]