Посреди широкой улицы действительно высились какие-то мрачные заросли. Похоже, когда-то здесь был бульвар. То ли Цветной, то ли Петровский — район вроде соответствовал… Пожалуй, все же Страстной. Трудно было ориентироваться, даже хорошо зная карту города: планы двухсотлетней давности далеко не всегда соответствовали современным реалиям.
Книжник огляделся. Не нравился ему этот бульвар. Мертвый какой-то. Даже эти заросли казались мертвее каменных стен. И воздух какой-то сухой, горелый, будто пропитанный запахом пустыни. Книжник понятия не имел, каким должен быть воздух пустыни, но в воображении немедленно всплыла именно эта картина.
Пустыня. Камень. Смерть.
— Все так, — нетерпеливо сказал Зигфрид. — А теперь вправо посмотри!
Справа, за мрачным зданием с обрушившейся колоннадой, проплывало знакомое марево. Не иначе — Поле Смерти. И еще одно…
— Что-то не понял… — сказал Книжник. — След, что ли, раздваивается?
Чико за спиной недобро хохотнул:
— А я бы не удивился, если бы он раздвоился. На то оно и зло, чтобы множиться безо всякой меры.
— Не думаю, что это раздвоение, — сказал Зигфрид. — Это петля. Видите — впереди тоже земля порченая. След загибается — и ведет обратно. Нужно вернуться и найти обход.
— Нужно так нужно, — бодро сказал Чико. Первым развернулся и отправился в обратном направлении. Глядя ему вслед, семинарист позавидовал энергии странного человека. Или мутанта, ловко притворяющегося человеком.
Шайны встретили их молчаливым вопросом.
— Идем назад, — пояснил Книжник, глядя в глаза Хану. Он уже не удивлялся тому, что спокойно общается с человеком, недавно собиравшимся его прирезать. Бывают в жизни и более странные вещи.
— А назад некуда, — спокойно сказал Хан, сложив на груди руки. Кивнул назад: — Порченая земля там.
— Что?! — нахмурился Зигфрид, вышел вперед, замер.
Поперек улицы, которой они сюда пришли, неспешно ползло небольшое, шагов тридцати в поперечнике, Поле Смерти. И еще одно — чуть дальше и в противоположную сторону. Не стоило обольщаться: размер Поля зачастую обратно пропорционален его опасности. И если гигантское, на несколько кварталов, образование будет убивать медленно, пронизывая всеми известными и неизвестными науке излучениями, то небольшое, скорее всего, убьет сразу. Возможно, все дело в концентрации излучения. Так или иначе — по этой улице блуждала сама смерть.
— Это не просто петля, — треснувшим голосом сказал Книжник. — Это петля с нахлестом.
— Что? — растерянно спросила Хельга. Она смотрела на мужчин и, наверное, не находила сейчас в них той решительности и уверенности, что были свойственны им в другое время.
— Эй, Чико, — взяв девушку за руку, позвал Книжник. — Ты знал, что След может смещаться?
— Так у него даже След извивается! — вместо ответа прорычал Чико. — Черт бы побрал эту мерзкую тварь!
— Сдается мне, что петля затягивается, — прищурившись, сказал Зигфрид. — Слушай меня: спокойно отходим, выискиваем наиболее безопасный участок — и просто пересекаем След…
— Вы уже пробовали — там, в тумане, — желчно заметил Чико.
— Но ведь вы же нас спасете, если что? — с детской непосредственностью спросила Хельга.
Чико направил на девушку круглые стекла черных очков. Глухо рассмеялся. Сказал:
— Ладно, идите за мной. Мне случалось переходить через След. Однажды я даже ночевал в нем… — Он запнулся. — Этого не рекомендую. По опыту.
Никто не противился мгновенной смене лидера. Наверное, в этом и состоит секрет эффективности боевой группы: подчиняться не силе и авторитету, а здравому смыслу. По крайней мере в определенных обстоятельствах.
Чико шел впереди, поглядывая по сторонам, высматривая что-то, понятное лишь ему одному. Как он мог различать хоть что-нибудь в своих черных как смоль очках — оставалось загадкой.
— Что ищем? — спросил Зигфрид, поравнявшись с ним.
— Лучше всего пройти меж двух Полей Смерти, — Чико указал в просвет между домами. Там явственно дрожало убийственное марево. — Чем ближе друг к другу Поля — тем выше шансы, что между ними не окажется еще какой дряни.
— Это Синие Поля, — вглядываясь в опасную дрожь воздуха, сказал Зигфрид. — Если заденут — нам сразу крышка.
— Вариантов нет, — отозвался Чико. — Видишь — петля затягивается.
Так оно и было. Почти незримая полоса «порченой» приближалась, перекрывая путь к отступлению. Это было заметно по наступлению той самой пары Полей, что волочились буквально по пятам группы. Да еще по странным образом разглаживающейся поверхности — будто невидимым катком раскатывали дряхлый асфальт. Так наползали обычно неподвижные «гнойники».
Резкий звук ударил по барабанным перепонкам. Все вскинули головы: в воздухе, закручиваясь черной спиралью, хлопая кожистыми крыльями, кружили летучие муты. Они словно чуяли обильный и скорый урожай падали.
— Идем? — быстро спросил Зигфрид.
— Там не выйдет, — с досадой отозвался Чико, глянув в провал меж зданий. — Поля почти сомкнулись…
— А здесь? — Вест указал на те, что медленно приближались, отрезая путь к отступлению.
— Не знаю… — проговорил Чико, машинально поднимая ствол огнемета — словно это могло помочь. — Слишком подвижные…