Новое появление Луны здесь, в Генабакисе, стало для всех сюрпризом. И на этот раз она не исчезла в последнюю минуту. Шесть легионов колдунов тисте анди под командованием военачальника по имени Каладан Бруд спустились с Семени Луны и объединили силы с наёмниками из Багровой гвардии. Вместе они принудили к отступлению Пятую малазанскую армию и теснили её на восток вдоль равнины Рхиви. На четыре года потрёпанная Пятая завязла в Чернопёсьем лесу, где ей пришлось раз за разом отбивать атаки Бруда и Багровой гвардии. Это противостояние быстро превращалось для малазанцев в смертный приговор. Но Каладан Бруд и тисте анди явно не были единственными обитателями Семени Луны. Невидимый владыка остался в самой цитадели, привёл её сюда и заключил договор с могучими чародеями Крепи.
Отряд магов Рваной Снасти почти не имел шансов в магическом бою с такими противниками. Так что осада затянулась, и только «Мостожоги» упорно пытались подкопаться под древние стены города.
Калот стоял рядом с ней и ждал. Он ничего не говорил, понимая, что этот взгляд стал для неё своего рода ритуалом. Именно за это, среди прочего, Рваная Снасть и любила Калота. Как друга, разумеется. Ничего серьёзного, ничего страшного — просто любовь к другу.
— Чувствую, Локон теряет терпение, — пробормотал Калот рядом с ней.
Она вздохнула.
— Я тоже это чувствую. Поэтому и не спешу.
— Понимаю, но мы не можем слишком сильно опаздывать, Снасть. — Он задорно улыбнулся. — Это невежливо.
— Гм-м, нельзя же им позволить с лёту сделать определённые выводы, так ведь?
— Далеко им лететь не придётся. В любом случае, — его улыбка слегка поблекла, — нам пора.
Через несколько минут они добрались до штабного шатра. Одинокий морпех, который стоял на карауле у входа, дёрганно отдал им честь. Рваная Снасть задержалась и поймала его взгляд.
— Седьмой полк?
Стражник кивнул, отводя глаза.
— Да, чародейка. Третий взвод.
— То-то ты выглядишь знакомым. Передай привет от меня сержанту Ржавому. — Она подошла поближе. — Что-то разлито в воздухе, солдат?
Он моргнул.
— Высоко в воздухе, чародейка. Выше не бывает.
Рваная Снасть взглянула на Калота, который задержался у входа в шатёр. Калот надул щёки и скорчил шутливую физиономию.
— То-то я его почуял.
Она подмигнула в ответ. И увидела, что из-под железного шлема стражника катится пот.
— Спасибо за предупреждение, солдат.
— Это честная сделка, чародейка. — Парень снова отсалютовал, на этот раз резче и по-своему доверительно.
Они вошли в шатёр. Чародейка сразу почувствовала присутствие силы — то, что Калот называл «запахом». У него от этого глаза слезились. У неё — начиналась мигрень. Рваная Снасть очень хорошо знала это конкретное проявление силы, и та была совершенно противоположна её собственной. От этого голова болела ещё сильнее.
В шатре, в первой комнате, лампы лили сумрачный, дымный свет на дюжину деревянных стульев. На походном столике у стены стояли кувшин с разведённым водой вином и шесть потускневших кубков, на которых поблёскивали капли конденсата.
Калот пробормотал:
— Худов дух, Снасть, как я это ненавижу.
Когда её глаза привыкли к полумраку, чародейка увидела в проёме, ведущем во вторую комнату, знакомую фигуру в длинном балахоне. Человек опёрся долгопалыми руками на большой стол Дуджека. Пурпурный плащ дрожал, как вода, хотя его хозяин и не шевелился.
— Только этого не хватало, — прошептала Рваная Снасть.
— Читаешь мои мысли, — ответил Калот, вытирая глаза.
— Как думаешь, — спросила чародейка, когда они заняли свои места, — это заученная поза?
Калот ухмыльнулся.
— Наверняка. Высший маг Императрицы не разберётся в военной карте, даже если от этого будет зависеть его жизнь.
— А если от этого будут зависеть наши жизни? — раздался голос с ближайшего стула. — Сегодня — работаем.
Рваная Снасть хмуро посмотрела на сверхъестественную темноту, которой был окутан стул.
— Ты ничем не лучше Тайшренна, Локон. И радуйся, что я туда не села.
