Недавние мечтания и замыслы показались ему полнейшей ерундой. И как он мог убедить себя, что однажды встретится с дочерью Дарле как равный с равной? Крокус резко тряхнул головой. Произойдет их встреча или нет — это дело будущего. То, ради чего он пришел сюда сейчас, не имело к ней никакого отношения.
— Я не верю в нашу встречу, — пробормотал Крокус. Он заставил себя оторваться от стены и направился к ограде дома Дарле. Рука нащупала привязанный к поясу мешочек.
— Я не верю в нашу встречу, но я должен вернуть ей то, что украл.
Подойдя к стене, Крокус глубоко вздохнул и начал карабкаться вверх. Руки скользили по влажному камню, но вернувшейся решимости хватило бы для подъема на высокую гору.
«Я верну ей украденное и уйду», — думал Крокус, перебирая руками и ставя ноги в выбоины стены.
Едва местный ассасин покинул зал, Калам допил эль, расплатился и поднялся по лестнице на второй этаж. Окинув цепким взглядом всех, кто сидел внизу, и убедившись, что его никто не замечает, он быстро прошел по коридору и остановился возле последней двери справа.
Войдя, Калам закрыл дверь на засов. Быстрый Бен восседал на полу. Его окружала полоска расплавленного голубого воска. Маг снял с себя рубаху и наклонился вперед. Глаза его оставались закрытыми, а по лицу ползли крупные капли пота. Воздух вокруг Быстрого Бена дрожал и странно поблескивал.
Обогнув восковой круг, Калам прошел к койке. Он снял со стенного крюка кожаный мешок, развязал тесемки и начал выкладывать на узкий соломенный матрас содержимое. Металлические части небольшого арбалета отливали синевой, густо просмоленное ложе шершавилось крупинками черного песка. Скупыми, привычными движениями Калам собрал арбалет.
— У меня все, дружище, — сказал Быстрый Бен. — Как только ты будешь готов, можем начинать.
— Тот человек ушел через кухню. Но он обязательно вернется, — сообщил Калам, беря в руки оружие.
Он приладил ремень и повесил арбалет через плечо.
— Я готов.
Быстрый Бен тоже встал, вытирая рукавом потный лоб.
— Я выбрал два надежных заклинания. Одно поможет тебе парить в воздухе и управлять каждым своим прыжком. Другое позволит видеть любые проявления магии… почти любые. Правда, если в дело ввяжется какой-нибудь верховный маг, нам удачи не видать.
— А ты? — спросил Калам, проверяя стрелы в колчане.
— Меня ты не увидишь, только мое свечение, — усмехнувшись, ответил Быстрый Бен. — Тем не менее, я постоянно буду рядом.
— Будем надеяться, что все пройдет гладко. Встречаемся с местной гильдией, предлагаем от имени империи сделку. Они принимают условия и убирают всех, кто мог бы нам здесь помешать.
Калам надел черный плащ и опустил капюшон.
— А почему бы нам просто не спуститься в зал и не выложить все тому человеку? — спросил Быстрый Бен.
Калам покачал головой.
— Так не делается. Мы заприметили его, он — нас. Скорее всего, он пошел совещаться со своим командиром. Конечно, правила игры будут задавать они. Кто-то из их людей проводит нас к месту встречи.
— А если там нас ждет засада?
Калам кивнул.
— Всякое бывает. Но они сперва захотят узнать, что нам от них нужно. После этого их вряд ли потянет нас убивать… Ты готов?
Быстрый Бен протянул к Каламу руку и едва слышно произнес несколько слов. Калам сразу же ощутил непривычную легкость; тело облеклось в невидимый панцирь из холодного воздуха. Вокруг Быстрого Бена вспыхнуло зелено-голубое сияние.
— Не загреметь бы нам к Клобуку в гости, — сказал ассасин.
— Он всегда идет за нами по пятам и дышит в затылок, — отозвался маг. — В последние дни я так и чувствую его дыхание.
— Я тоже. — Калам повернулся к окну. — Иногда мне думается, что империя хочет поскорее избавиться от нас.
Он открыл ставни и уперся руками в подоконник. Быстрый Бен молча подошел к нему и встал рядом. Они оба вглядывались во тьму, понимая друг друга без слов.
— Повидали мы с тобой, — тихо сказал Быстрый Бен.
— Клобук их всех накрой! — рявкнул Калам. — Должны же эти игры когда-нибудь кончиться.
— Может, когда империя заграбастает Даруджистан, нас отпустят на все четыре стороны?
— А ты сумеешь убедить нашего сержанта, что ему пора прощаться с империей?
— У него нет иного выхода. Думаю, он и сам скоро это поймет.
Калам взобрался на подоконник и открыл окно.
— Хорошо, что я больше не «коготь», а просто солдат.
Быстрый Бен растаял в воздухе. Остался лишь его насмешливый голос:
